Дальше я просто связал ему руки и уложил мордой в грязь, пригрозив мгновенно прикончить, если издаст хоть звук или шевельнётся.
Защитная полоса у ворот, напичканная магическими ловушками, словно булка изюмом, протянулась шагов на тридцать. На её нейтрализацию ушло полторы минуты — я раз пятнадцать пробежался по ней челноком взад-вперёд, а после слева-направо, в результате чего безопасный проход расширился до приемлемых десяти-двенадцати метров.
Обозначать его флажками не стал. Просто предупредил об этом Аршафа и остальных, когда они по моему сигналу спустились с пригорка к воротам.
Глава 17
Пленного допрашивали с пристрастием. Но не били. Только обещали побить и вообще... Ну, если внезапно окажется, что он тупо гонит.
Несчастный стражник, размазывая по физиономии слёзы и сопли, клялся-божился, что всё, что он говорит, правда. Что господа маги живут вот тут и вот тут, что арсенал действительно в доме с зелёной крышей (её каждый год подкрашивают, потому что главе магсовета так нравится), что бо́льшая часть гарнизона, когда играет тревога с моря, перемещается в порт и занимает места на дежурных галерах (в том числе, и за вёслами) и что нападения со стороны леса тут и вправду не ждали (просто отвыкли за столько-то времени).
— Веришь, что женщин у них практически нет? — тихо спросил я Аршафа после очередного «откровения» пленного.
— Так это ж давно всем известно, — пожал тот плечами. — Постоянные семьи здесь заводить запрещают, поэтому баб завозят только в бордель, чтобы гвардейцам с матросами было с кем позабавиться.
— Понятно, — почесал я в затылке.
Что женщин с детьми тут почти что и нет, а те, что в наличии, тусуются все в одном месте — это обстоятельство меня обнадёживало.
Но, с другой стороны, то, что сказал Аршаф...
Нет, он не врал.