Тело вдруг поползло вниз, ноги стали ватными, но Риз все-таки смогла устоять на ногах.
– Убери от нее руки, – Тори не спускала глаз с лица Нельсона, в готовности нанести удар. – Убери немедленно, или я сломаю тебе руку.
– Все нормально, Тори, – выдохнула Риз.
– Ему стоит молиться о том, что он не нанес тебе серьезных повреждений.
Когда Нельсон, наконец, опустил руки, Тори слегка расслабилась, но все еще пристально смотрела на него.
– Скоро за Бри приедет группа медицинской эвакуации. Она в стабильном состоянии и время от времени приходит в сознание.
– Держись от нее подальше, Конлон, – гневно выдавил Нельсон. – Если бы ты сама не была лесби, ничего подобного бы не произошло!
– Мне нужно от нее заявление, – утвердительно сказала Риз, выпрямляясь и стараясь говорить спокойно. И мне нужно убедиться, что она в порядке.
– Забудь об этом, ты уволена.
– Вы можете уволить меня завтра, – пожала плечами Риз, стараясь не замечать спазмы у себя в боку.
– Действуй, Риз, а я позабочусь обо всем остальном. После всего, мне придется осмотреть тебя, – сказала Тори и выразительно посмотрела на Нельсона.
Слегка улыбнувшись, Риз прикоснулась к ее руке. Она сделала глубокий вдох, насколько это было возможно, чтобы не показать, как ей больно.
– Я правда в порядке.
Пройдя по коридору, она распахнула дверь и исчезла в процедурной. Нельсон вошел следом и замер, пораженный внешним видом своей дочери.
Бри лежала обнаженная под тонкой простыней, ее почти невозможно было узнать из-за множественных синяков, к каждой руке была подсоединена капельница. Увидев прозрачный пакет с окровавленной одеждой и открытый набор для анализов, которые проводились при подозрении на изнасилование, он с трудом справился с приступом тошноты.
Ему было страшно приблизиться к ней.
Риз придвинула стул и взяла Бри за руку. Зная, что Нельсон стоит позади нее, она прижала окровавленные пальцы девушки к своей щеке.
– Бри, это Риз, – мягко сказала она. – Теперь ты в безопасности.