Она начала подозревать, что Дональд знал, кем был возлюбленный Майри, и не любил их именно за это.
Внезапно раздался какой-то звук, заставивший Эйлис насторожиться. Через секунду она поняла, что кто-то старается потихоньку открыть дверь. Эйлис сунула руку под подушку и схватила кинжал – оружие она постоянно держала под рукой. Когда едва различимая фигура наконец добралась до ее кровати и наклонилась, Эйлис ударила кинжалом, погрузив клинок глубоко в тело мужчины. Он упал на колени, и она так же стремительно выдернула кинжал.
– Что ты вытворяешь, дьявол тебя побери? – проревел Колин Макфарлан.
– Я отнеслась к нему как отнеслась бы к любому, подкравшемуся к моей кровати в темноте ночи, – выдохнула Эйлис. – У него нет прав здесь находиться.
– Он всего лишь поторопил события, – пробурчал отец Дональда, – а ты почти отрезала ему руку.
– Ты преувеличиваешь. Если он не собирался причинять мне вред, то должен был принести с собой свечу. Да и сказать заранее о своем приходе, а не красться, как вор.
Мужчины продолжали бесноваться, не обращая внимания на ее слова. Когда они наконец покинули ее комнату, Эйлис почувствовала себя совершенно опустошенной. Она снова засунула кинжал под подушку, довольная, что ее рассерженный дядя забыл его забрать.
"– Ты большой дурак, – вздохнул Дункан Маккорди, дородный лэрд Крейгендаб, и принялся перевязывать рану своего наследника. – Эта девка могла тебя убить. Она имеет право напасть на любого мужчину, который крадется к ней в темноте, не произнося ни слова.