Его телефон. Его помощники. Если ничего другого нет, это поможет нам выиграть немного времени.
Ной облизнул губы.
— Сейчас. Давай сделаем это сейчас. Аттикус прав. Он должен быть здесь. Я хочу, чтобы он увидел, что случилось с остальными.
Аса и Ави выглядели так, будто хотели похвалить друг друга.
— Мы пойдём и заберём его.
Ной не ответил, и они молча пошли к машине Аттикуса. Адам взял Ноя за руку и повёл его в сторону здания, где они могли остаться одни. Он прикоснулся к его лицу, размазывая кровь по светлым щекам Ноя.
— Я могу сделать это для тебя. Мне плевать, что скажут другие. Ты уже часть семьи. Тебе не нужно убивать Гари, чтобы это доказать.
Ной встретил его взгляд.
— Я хочу это сделать. Мне только жаль, что другие дети, которых он обидел, не получат своей очереди на него. Это несправедливо.
— Может, хватит просто знать, что он мёртв, — сказал Адам, целуя Ноя в лоб.
— Нет. Даже если их жертвы увидят, что они мертвы, мир никогда не поверит, что они были монстрами. Только если мы им это покажем.
— Мы знали это, когда входили туда.
Слёзы навернулись на глаза Ноя, но он смахнул их, казалось, раздражённый внезапным проявлением эмоций.
— Да, но я не хочу, чтобы эти ублюдки умирали героями... или мучениками. Мир должен знать, что они сделали. Они должны увидеть, кем они были на самом деле.
— Что именно? — спросил Адам, уже зная ответ.
— Я хочу, чтобы Каллиопа передала то, что мы нашли, копам. Она может послать анонимно. Через интернет. Я хочу, чтобы их жертвы видели, что им больше не угрожает опасность, и знали, что им поверят, когда они расскажут свои истории.
Адам задумался. Ной прав. Никто из этих людей не должен умереть с незапятнанной репутацией. Кроме того, они взяли не всех, а только основных участников. Остались ещё другие, которые участвовали или, по крайней мере, являлись соучастниками. Они все должны за это сесть. Адам предпочёл бы, чтобы они пошли на дно с пулей в голове, но если Ной хотел, чтобы их выставили на всеобщее обозрение, то так тому и быть.
— Хорошо. Если ты этого хочешь, мы сделаем.
— Твоему отцу это не понравится.
Адам пожал плечами.
— Моему отцу и этот план тоже не понравился. Но он уважал твоё решение.
Ной покусывал губу в течение минуты, прежде чем сказать:
— Почему? Он даже не знает меня. У меня нет ни подготовки, ни опыта. Мы едва не сорвали план. Почему он так просто позволил мне командовать?"
"Хороший вопрос, но Адам подозревал, что может на него ответить.