Поддерживая Лорен под локоть, он повел ее к полосатому тенту, установленному на газоне, где официант подавал горячие и холодные закуски.
— Давай ты что-нибудь выпьешь и перекусишь.
За несколько последующих минут еще человек пять или шесть обращались к Нику. На седьмой раз он вышел из себя:
— Чем больше мне хочется провести этот вечер с тобой наедине, тем больше приходится общаться с другими людьми. Я же не могу притворяться глухим и слепым.
— Я понимаю, — сочувственно сказала Лорен, — они очень богаты и избалованны, поэтому думают, что если ты на них работаешь, то являешься их собственностью.
Его темные брови удивленно поднялись:
— С чего ты взяла, что я на них работаю?
— Я случайно услышала, как Бебе Леонардос сказала кому-то, что ее муж приехал сюда из Рима для того, чтобы поговорить с тобой о строительстве международных отелей. А другая женщина ответила, что ее муж, которого зовут Карлтон, здесь также для того, чтобы обсудить с тобой какие-то дела.
Ник бросил раздраженный взгляд на окружающую их толпу, как будто каждый присутствующий лично угрожал его спокойствию.
— Я приехал сюда, потому что в течение двух месяцев работал до потери сознания и хочу отдохнуть хотя бы два дня, — зло проговорил он.
— Если ты действительно не хочешь говорить о делах, то почему ты должен это делать?"
"— — Когда люди проехали тысячи миль, чтобы поговорить с тобой, они обычно бывают очень настойчивы, — ответил Ник, опять оглядывая гостей, — и пока я теряюсь в догадках, что мне делать. Я вижу еще по крайней мере четверых, приехавших с той же целью.
— Оставь их мне, — сказала Лорен с чарующей улыбкой. — Я справлюсь с ними.
— Ты справишься? — усмехнулся Ник. — И как же ты это сделаешь?
Глаза Лорен засверкали из-под густых ресниц.
— Как только кто-нибудь заговорит с тобой о деле, я вмешаюсь и буду отвлекать тебя. Взгляд Ника упал на ее губы.
— Это будет несложно, ты все время отвлекаешь меня.
Следующие три часа Лорен вела себя так, как обещала. С тактическим блеском, которому позавидовал бы сам Наполеон Бонапарт, она спасла Ника по крайней мере от дюжины деловых разговоров.
И Ник подчинялся, благословляя про себя ее изобретательность.
Держа в одной руке бокал, а другой обнимая Лорен за талию, он бесстыдно использовал ее как добровольный щит.