— Тогда почему она не ушла от него?
— Как говорил мой дедушка, — сухо ответил Ник, — была одна область, в которой она находила моего отца просто неотразимым.
— А ты похож на своего отца? — вдруг спросила Лорен.
— Почти копия, как мне говорили. А что?
— Это не важно, — сказала Лорен. Но она себе прекрасно представляла, насколько, должно быть, отец Ника был неотразим для его матери. — Продолжай, пожалуйста.
— Да в общем-то я почти все рассказал. На следующий день после похорон она заявила, что хочет забыть ту убогую жизнь, которой жила, и переехала к своим родителям в Гросс-Пойнт.
— Но ведь она приходила навещать тебя, не правда ли?
— Нет.
Лорен пришла в ужас от мысли, что мать бросает своего ребенка и живет в роскоши всего лишь в нескольких милях от него.
— Ты хочешь сказать, что никогда не видел ее после этого?
— Я видел ее иногда, но только случайно. Однажды вечером она подъехала к заправочной станции, на которой я работал.
— И что она сказала?
— Она попросила меня проверить масло, — спокойно ответил Ник.
Несмотря на явное безразличие, слышавшееся в его голосе, Лорен не могла поверить, что и тогда он был так же неуязвим, как теперь.
— Это все, что она сказала? — не сдавалась Лорен.
Не замечая, что Лорен не разделяет его иронии по поводу этой истории, он ответил:
— Нет, помнится, она еще попросила меня подкачать шины.
Лорен старалась сохранить спокойствие, но это оказалось слишком сложным. На ее глазах заблестели слезы, и, чтобы скрыть их, она запрокинула голову, делая вид, что смотрит на облака, иногда заслоняющие луну.
— Лорен? — резко прозвучал его голос.
— М-м-м? — вопрошающе промычала она, так пристально рассматривая ночное светило, словно была астрономом-любителем.
Подойдя к ней. Ник взял ее за подбородок и повернул лицом к себе. Увидев блестевшие на ее глазах слезы, он застыл в удивлении:
— Ты плачешь! Лорен замахала руками:
— Не обращай на меня внимания, я над фильмами тоже плачу.
Ник рассмеялся и, подхватив ее, посадил к себе на колени.