Видимо, рядом оказался еще и полевой пункт боепитания: штабеля ящиков со снарядами, цинки с патронами разного калибра, гранаты… Все это рвануло так, что над Волновахой поднялся огромный столб дыма, закрутившийся в грибовидное облако. Фейерверк оказался знатный! Патроны рвались еще долго. Только после этого националисты дрогнули и начали беспорядочное отступление.
* * *"
"С пригорка по двухэтажным домам вдоль улицы лупил крупнокалиберный «Утес» старшего сержанта Скворцова. Его второй номер с автоматом наготове прикрывал пулеметчика.
Неподалеку от позиции «Утеса» залегли медики: Егор и Миша-волонтер. Они только что вытащили из-под обстрела раненого автоматчика и теперь ждали возможности проскочить через огненную круговерть. Но обстрел продолжался, и ярость его не утихала.
Скворцов, матерясь сквозь зубы, бил короткими очередями по окнам домов, из которых стреляли гранатометчики украинских националистов. Крупнокалиберный пулемет отрывисто грохотал и подпрыгивал на треноге от отдачи, несмотря на то, что станина была привалена тяжелыми обломками бетона. Плотно вжав приклад в плечо, старший сержант давил на спуск, затвор с лязгом выбрасывал дымящиеся гильзы. А из раскаленного ствола вылетала такая же раскаленная свинцовая смерть калибра 12,7 миллиметра.
Егор видел, как огненные росчерки трассеров впиваются в кирпичные стены домов, с легкостью ломая их на куски. Пули МДЗ, мгновенного действия зажигательные, красного цвета, действовали по противнику как миниатюрные огнеметы. Попадание всего пары-тройки таких боеприпасов с легкостью выжигало бандеровскую нечисть. Пулеметная лента, лязгая, рывками проходила через ствольную коробку «Утеса», крупнокалиберная машина смерти ненасытно пожирала 12,7-миллиметровые «зубы дракона», чтобы выплюнуть их во врага.
– Что смотришь, б…дь?!! Короб с лентой тащи! – старший сержант Скворцов повернул чумазое от пороховой гари лицо к медикам.
Егор схватил тяжелый короб с патронами и подтащил к «Утесу». Скворцов поднял крышку ствольной коробки, вложил ленту в лентоприемник, захлопнул тяжелую крышку и тросиком, как будто заводил лодочный мотор, взвел затвор. «Утес» снова ударил короткими, но страшными очередями.