Егор с удовольствием растянулся на каком-то матрасе и ослабил ремни бронежилета. Спина болела оттого, что кроме медикаментов, увеличенного боекомплекта к автомату и гранат для «подствольника» пришлось тянуть тяжеленные ленты патронов 12,7 миллиметра к «Утесу» и еще две «Мухи» в придачу.
Рядом над чем-то «колдовал» один из разведчиков с позывным «Инженер». Егор заинтересовался и, придерживая автомат, подполз посмотреть.
– Над чем трудишься?
– «Сюрпризы» для «укропов» готовлю, – пояснил разведчик.
Перед ним лежали несколько ручных гранат РГ-42 еще времен Великой Отечественной войны.
«Инженер» матерчатой черной изолентой приматывал к гранате увесистые гайки, нарезанные кусачками гвозди, найденные осколки от разорвавшихся боеприпасов.
– Гранатный запал состоит из верхней механической и нижней огневой части, – рассказал разведчик.
Он вытащил чеку с кольцом, сухо щелкнул вхолостую ударник. «Инженер» снова взвел его и зафиксировал через отверстия большой булавкой. Потом снова соединил обе части запала.
– Теперь хрен кто такую растяжку снимет!
– А крепить ты ее чем будешь, скотчем или изолентой? – поинтересовался Егор.
– Зачем? Есть удобные пластиковые строительные стяжки, – пояснил «Инженер».
В общем, Егор в очередной раз убедился, что в армии позывные дают людям весьма метко.
Командир противотанкового взвода «Кот» занимался ровно тем же самым: обматывал кумулятивный выстрел гранатомета РПГ-7 синей изолентой с кусками арматуры и другим металлическим мусором, превращая его в осколочно-фугасный.
Как знал Егор, командир гранатометчиков был бывшим арестантом.
Да и среди бойцов противотанкового взвода, вооруженных только гранатометами РПГ-7, «сидельцев» было подавляющее большинство. Для них и так жизнь – копейка, а противостояние с танком и вообще обесценивало ее до ломаного гроша. Кстати, сослуживцы пояснили насчет татуировки кота, давшей их командиру позывной.