Одни из неживых людей были поразговорчивей, другие совсем молчаливые. Кешка понимал, что они вовсе ничего не говорят, а все это придумывает он сам, но так казалось веселее.
Однажды Кешка стоял перед неживым изображением человека, которое нравилось ему больше прочих, и , как всегда неторопливо и обстоятельно подбирая слова, пытался задать ему те вопросы, на которые сам ответа найти не мог. Привлекало Кешку в первую очередь выражение его лица – спокойное и мятежное одновременно. Это противоречивое, но в то же время органичное для сильных натур сочетание было близко лесному полузверю-получеловеку.
Тут будет реклама 1
Он понимал и принимал его как-то физически, болью в напряженных до хруста скулах, и не сомневался в том, что у металлического человека, кем бы он ни был на самом деле, была ох какая нелегкая жизнь. Тем больше было оснований задать свои вопросы именно ему.
Внезапно Кешка ощутил чье-то напряженное внимание. Глазели на него часто – он привык, но это было внимание другое – касающееся не внешности его, а чего-то более глубокого.
Тут будет реклама 2
Кого-то интересовал он сам, Кешка. Осторожно и почти незаметно Кешка изменил позу и скосил глаза, словно по лучу проследив линию чужого взгляда. И обнаружил в нескольких шагах от себя двух незнакомых ему парней, чем-то напоминающих тех, с которыми ему пришлось иметь дело в переходе при защите детеныша.
Сначала Кешка хотел было убежать, но быстро переменил свое намерение. Наблюдающие за ним парни не собирались мстить, в этом он не мог ошибаться, в них вообще не было актуальной агрессивности, и опасностью от них не пахло совершенно.
Тут будет реклама 3
Они казались Кешке скорее обескураженными (он, разумеется, не знал этого слова, но, думая об этом, видел перед собой морду лисенка, которому мать принесла поиграть мертвую полевку, а та внезапно ожила и скрылась между корней вцепившейся в камень сосны). Ситуация возбуждала кешкино любопытство, и он решил исследовать ее до последней возможности. Удрать он всегда успеет – в этом Кешка отчего-то не сомневался. Избегая смотреть прямо в сторону парней (они, как он заметил, делали то же самое), он прислушался к их тихому разговору.
Тут будет реклама 4
Как всегда, разговор был малопонятен для него, но откладывался в глубине его памяти целиком, словно исписанная страница или магнитофонная лента. Потом, ночью, он восстановит его и не спеша постарается разобраться в хитросплетениях слов, уловить в них какой-то смысл. Пока же он только слушал.
– Да он же дурка, это же сразу видно. Небось, сбежал откуда .
