Знак, на который я, блюдя свои интересы, должна адекватно отреагировать.
Он облегченно вздохнул и явно хотел закончить разговор, но потом все-таки не удержался и спросил :
– А кем, собственно, посланный?
– Не будьте занудой. «Что в имени тебе моем?» Какая, в самом деле, разница?
– Вы знаете, для некоторых разница весьма существенная.
– Исполать им. Или вы сами тоже относитесь к этим «некоторым»?
– Прямая обращенность мира лично к вам… Ну что ж, во всяком случае это весьма смело… – сказал он, изображая благородную задумчивость.
И ушел от ответа. Я это запомнила.
После танцев я вышла в прихожую, чтобы немного остыть. У открытой на площадку входной двери курили Светка и ее третий муж-бизнесмен – мужик противный, беспринципный и безнравственный, но раздражающе умный.
– Сергей, – обратилась я к нему. – Быстренько скажите мне, что вы, как мужик о мужике, думаете об этом Вадиме."
"– Отношения мужчины и женщины – это всегда поединок, – жутковатым образом угадывая мои недавние мысли, сказал бизнесмен.
– Сергей, не уходите от ответа!
– Когда вы танцевали, мне казалось, что сейчас вы, Анджа, укусите его за нос…
– Сергей! Я задала конкретный вопрос и хочу получить на него не менее конкретный ответ.
– О счастье вашей подруги?! – Сергей казался нешуточно удивленным. – А я полагал…Гм-м… Ну, если вы уж так настаиваете, то… этот ваш Вадим кажется мне каким-то… фальшивым, что ли. Он носит маску, впрочем, к его чести, в текущий момент делает это без всякого удовольствия. Мне показалось, что перед вами, Анджа, он охотнее предстал бы со своим собственным лицом.
Сергей, несмотря на всю его противность, никогда ничего не говорил просто так. Поэтому его слова я тоже запомнила.
За то время, пока мы танцевали и курили, Ирка с Антониной успели унести грязную посуду и накрыть стол к чаю.
Я демонстративно уселась за стол не рядом с Любашей и Вадимом, а напротив них, выселив учительницу географии. Разговор тек вялый и сытый.