Внезапно, и не без причины, он вспомнил Монти Келлса, лежащего на каменном полу подвала… «Было бы чертовски забавно, — подумал Каллаган, — дать понять Чарльстону, что мне и это известно…»
И он сказал:
— Ты сделал и другую, такую же дурацкую ошибку. Когда я собирался пойти к Перуччи и немного пригрозить ему, чтобы узнать, откуда Азельда Диксон достает наркотики, которыми вы пичкали Щенка, я встретил тебя у входа в «Желтую Лампу». Ты собрался идти домой. Помнишь? Я рассказал тебе о Перуччи. Ты же позвонил ему через Азельду от Братца Генни и велел держать язык за зубами.
Я был убежден, что Азельда работает с тобой. Это ты приучил ее к наркотикам, и ты пристроил ее к Ривертону. Когда Перуччи и Братец Генни сказали мне, что она работает на Рафано, я уже знал — она работает на тебя. И все это ты затеял из-за того, что Рафано собирался удрать. Ну, как?
— Неплохо. Ты прекрасно работаешь, Слим.
— Скоро буду еще лучше, — отрезал Каллаган.
Ты придумал план. Она была у Генни в субботу и напечатала анонимное письмо для Ривертона, в котором сообщалось о мошенничестве Рафано. Ты знал, что Щенок начнет действовать и побежит с этой запиской к Азельде. Ты был уверен, что он это сделает, потому что она единственный человек, которого он здесь знал.
Поскольку она дала ему наркотик, он уже не мог контролировать себя, но считал, что с ним все в порядке.
Она дала ему пистолет и повезла его на машине, потому что вы оба понимали: сам он не проедет и двух ярдов.
Но этот бедняга не знал, что ты велел Азельде дать ему пистолет с десятью холостыми патронами и она вытащила из патронов пистоны. Ты не мог доверить оружие этому наркоману-идиоту, тебе нужен был мертвый Джейк.
В субботу ты послал записку Джейку на «Сан-Педро». Ты писал, что Щенок собирается явиться к нему и что он вооружен, но вряд ли воспользуется пистолетом — просто хочет пригрозить Джейку. Тот приготовился к драке.