— Десять минут тому назад Уайт видел, как Гриссон вышел из риги, чтобы поискать воды. Нет никакого сомнения, что разговор идет именно о нем.
— А девушка? — спросил Бренер, подходя к телефону. Он взял трубку: — Говорит капитан Бренер. Я вас слушаю.
— Докладывает сержант Донанги, комиссар, — ответил голос. — Здесь нет никаких следов девушки. Мы тщательно обыскали всю ферму. Она не могла сбежать? Ее надо искать?
— Ждите меня. Убейте его, если он вздумает скрыться. Если нет, не показывайтесь до моего приезда… Я буду через час.
Он резко повесил трубку и повернулся к сотруднику:
— Вызывайте вертолет, я уезжаю. — И бросил взгляд на Феннера. — Вы со мной?
— Попробуйте только мне помешать! — И Феннер первым вышел из комнаты.
Слим внезапно проснулся, вскочил на ноги и схватился за револьвер. Несколько минут не мог понять, где он и как сюда попал. Потом постепенно вспомнил долгую дорогу через лес, в кромешной темноте, внезапно возникшую перед ними освещенную ферму и, наконец, эту спасительную ригу. И то, с каким трудом ему удалось заставить подняться сюда мисс Блэндиш.
"Несмотря на усталость, он никак не мог заснуть и теперь с трудом расправил затекшие члены. Ужасно хотелось пить и есть. Было около пяти часов утра. И может быть, придется провести здесь весь день. Надо было немедленно что-то предпринять.
В пятидесяти метрах от него возвышалась ферма. Несколько минут Слим наблюдал за домом. Полная тишина, никакого движения, окна плотно зашторены. Уверенный, что все еще спят, он осторожно выбрался наружу.
Старый Уайт и два его сына всю ночь наблюдали за ригой сквозь тюлевые занавески. Они сразу заметили длинную, тонкую фигуру Слима и револьвер в его руке.
— Это он, — прошептал Уайт. — Позвони фликам, Гарри. Поторопись!
Слим подобрал какое-то ведро и подошел к цистерне. Он наполнил ведро водой и быстро вернулся к риге, не зная о том, что машины с полицейскими, вооруженными до зубов, уже мчатся к одинокой ферме.
Он поднял ведро наверх и снова замаскировал трап. Очень хотелось есть. Он выпил воды, снова лег и, рассеянно разглядывая крышу риги, раздумывал, что делать дальше.