Она слушала, не шелохнувшись, в надежде, что он убьет ее наконец. Всеми силами она пыталась внушить ему эту мысль: пусть поднимет свой револьвер и прикончит ее. Но он продолжал поносить ее, и казалось — этому не будет конца.
Шум снаружи заставил его обернуться. Он уловил движение позади телег и выстрелил. Выстрел взметнул фонтанчик пыли, и от телеги отлетело несколько щепок.
Снова грозный голос приказал:
— Гриссон! Мы ждем! Выходите!
Его охватила паника. Колени дрожали и подгибались. Лицо сморщилось, как у ребенка, который собирается заплакать.
Мисс Блэндиш подумала, что его задела пуля, но когда он стал говорить что-то сквозь зубы, отошла вглубь и закрыла лицо руками.
Бренер, у которого лопнуло терпение, отдал распоряжение взять Гриссона. Солдаты и полицейские под прикрытием телеги стали продвигаться в сторону риги.
Слим видел, как неотвратимо приближалась телега. Он, шатаясь, встал и подобрал свой револьвер. Совершенно обезумев, он отодвинул засов, открыл дверь, вышел наружу и разрядил свой револьвер в приближавшуюся телегу.
Два автомата открыли огонь. Белая рубашка Слима стала красной. Револьвер выскользнул из его руки и упал на землю. Выстрелы прекратились так же внезапно, как и начались.
Бренер и Феннер видели, как упал Слим. Его ноги еще несколько секунд конвульсивно дергались. Потом спина выпрямилась, руки стали загребать пыль, он весь изогнулся — и затих.
Оба пересекли двор с револьверами в руках.
Феннер на секунду остановился над телом Слима.
— Ликвидирован, — коротко заключил Бренер. — Хорошая работа.
— Да, — согласился с ним Феннер.
Он вздохнул и направился к риге.
Мисс Блэндиш спустилась с чердака, услышав выстрелы: она поняла, что Гриссон убит.
Совершенно растерянная, она забилась в самый темный угол, инстинктивно стараясь оттянуть момент, когда ей придется выйти на дневной свет и встретить любопытные взгляды своих избавителей.
Феннер, остановившись в дверях, заметил ее, лишь когда глаза его привыкли к полутьме. Он понимал, какие страшные муки должна испытывать сейчас девушка.
Подойдя к ней, он мягко заговорил, стараясь успокоить ее не столько словами, сколько тоном, каким он к ней обратился:
— Здравствуйте, мисс Блэндиш. Меня зовут Дэйв Феннер. Ваш отец поручил мне проводить вас домой, но в этом нет никакой срочности.