— Добрый день, — сказал он спокойно. — Моя фамилия Каллаган. Я хочу кое-что узнать об Уилфриде Ривертоне. Он снимал здесь комнату. А вы Харкер, бывший полисмен, не так ли?
Мужчина кивнул.
— Это правда. Моя фамилия Харкер, и я бывший полисмен. Хотя какого черта вас это интересует, я не таю. Он здесь жил — вот и все. Я не отвечаю ни на какие вопросы. Так что теперь вы знаете, что ждет вашу любознательность.
Он начал было закрывать дверь, но Каллаган подставил ногу и толкнул ее обратно. Потом вошел в дом и закрыл за собой дверь.
— Так вы дождетесь неприятностей. Вам этого хочется, а?
— Почему бы и нет? — в тон ему ответил Харкер.
— Ах так? — Каллаган пожал плечами и повернулся к двери, как бы собираясь уходить. Потом вынул правую руку из кармана пальто и, сделав резкий поворот, ударил Харкера в живот. Тот побледнел, разинул рот, судорожно глотая воздух, и начал оседать, скользя спиной по стене, У него был вид рыбы, вытащенной из воды на берег.
Каллаган прислушался.
Харкер, непристойно ругаясь, начал подниматься с пола. Каллаган ударил его в челюсть левой рукой, потом правой. Опять прислушался. Тишина. Он встал на колени перед Харкером и принялся лупить его по щекам: левой — правой, левой — правой, приговаривая: «Значит, ты не отвечаешь на вопросы?»
Харкер молчал. Каллаган хлопнул его по носу, потом, зажав нос между пальцами, стал его выкручивать. Снова ударил в нос. Харкер захныкал.
Каллаган еще пару минут хлестал его по щекам, и Харкер сдался — решил заговорить.
Каллаган остановился посредине комнаты Щенка. Между ним и дверью, с распухшим носом и багровыми щеками, стоял Харкер.
Каллаган тщательно обыскал комнату, но ничего не нашел.
Он вытащил из кармана две сигареты, одну сунул в рот, другую протянул Харкеру.
— Садитесь на постель, — приказал Каллаган. — Я хочу поговорить с вами.
Харкер повиновался, но с ненавистью смотрел на Каллагана.
— Послушайте, — продолжал Каллаган, — я хочу кое-что узнать, а вы можете мне помочь.
Харкер провел языком по распухшим губам.
— У нее квартира на Слоун-стрит. Дом 17, Корт-Мэншнз.