Блондинка-рабыня

 — У меня опять неприятности.

— Вот как? Что же случилось?

— Хуанита… она уходит от меня. Даже не дала мне возможности подыскать замену. Сегодня заканчивает. Черт возьми… Теперь у меня нет звезды.

— Да, это плохо, — согласился Каллаган. — Ну ничего, найдешь другую.

Он положил трубку и закурил новую сигарету. Потом вышел из кабинета. Эффи крошечным платочком вытирала глаза.

— О чем ты плачешь?

— Я не плачу, — всхлипнула она.

Он усмехнулся.

— Допустим. Но если ты не плачешь, Эффи, тебе надо пойти к врачу и выписать лекарство для глаз.

Я иду спать. Прежде чем ты уйдешь, свяжись с Николасом и Финдоном. Скажи им, пусть придут завтра сюда — они могут мне понадобиться. Потом надо напечатать письмо — я завтра утром подпишу его — Муру Пику, Трансконтинентальное Детективное агентство в Чикаго. Сообщи ему, что Келлс погиб и что мне нужен новый первый заместитель. Напиши, что, если хочет, пусть едет сюда. Я дам ему пятьдесят фунтов в год и наградные. Напиши, что это прекрасная работа.

Она медленно кивнула.

Подождала, пока не услышала шум поднимающегося лифта, потом отодвинула машинку в сторону, положила руки на стол, опустила на них голову и горько заплакала.

Каллаган проснулся в десять. Он чувствовал себя отдохнувшим и свежим. Послушал удары китайских часов на камине. Потом встал, подошел к окну и, отдернув занавеску, выглянул на мокрую улицу. Вернулся к постели, немного помедлил, а затем снял трубку и набрал номер Хуаниты.

— Хэлло, невеста! Где твой будущий муж? Он, наверное, забегался? Я подумал: может, мне прийти сегодня и выпить с вами обоими виски, а?

— Не стоит, Слим.

Сегодня мы заняты.

— Тоже неплохо. А я приготовил для тебя небольшой подарок — маленькую брошь с бриллиантами. Когда можно будет вручить ее тебе?

— Какой ты милый! Миллион раз спасибо! Послушай, Слим… У меня идея. Завтра вечером Джилл уходит по делам и вернется поздно. Что ты скажешь насчет небольшого обеда, а? И мы сможем поговорить. Это ведь будет в последний раз. В субботу мы уезжаем.

— Вот как? Ты об этом не говорила.

А куда, Хуанита? — В его голосе Звучали нотки сожаления.

— Ну, если я тебе скажу… только… ни слова. Мы улетаем из Кройдона в пять часов вечера в субботу. Джилл снял частный самолет. Мы поженимся в Париже. Не говори никому. Я обещала Джиллу, что никому не скажу.

— Буду нем как рыба, — пообещал Каллаган. — Ладно, завтра вечером пообедаем с тобой. Ну, пока, невеста!

— Пока, Слим. Жду тебя завтра около восьми. Наверное, я умру от радости, когда увижу брошку.