Она знала, что понимает своего отца лучше, чем кто-либо другой. Это его слова. – Его обвинили в твоем отравлении и попытке убить тебя. Почему он должен хотеть видеть тебя? Он в тюрьме из-за тебя, – с ненавистью сказала Лиза, и Мэгги поразили ее слова.
– Это моя вина? А как насчет тех стариков, которых он якобы убил? Это тоже их вина? – Мэгги теперь поняла, что Майкл заморочил Лизе голову. Он использовал любую возможность, чтобы промыть ей мозги, как в свое время он делал с Мэгги. Но она не собиралась позволить, чтобы это произошло с ее дочерью.
Она не захотела озвучить очевидную мысль, что ее отец наносит ей больше вреда, чем любой из преступников, с которым она может там столкнуться. Для Мэгги было совершенно ясно, что Майкл делает с их дочерью, манипулируя ее сознанием. Он был невероятно злой человек, и больше не было оснований верить в его невиновность.
– Ты не сможешь остановить меня! – Лиза закричала на нее, побежала наверх в свою комнату и захлопнула за собой дверь.
Вечером за ужином на кухне Мэгги разговаривала об этом с Биллом. Лиза больше не ела вместе с ними. Она достала из холодильника какую-то еду и поднялась к себе наверх, чтобы съесть в одиночку. Она изолировала себя ото всех – отец хотел, чтобы она это сделала. Он укреплял в ней недоверие к матери и брату, убеждая ее, что у них обоих были серьезные психические нарушения, когда на самом деле проблемы с психикой были у него.
– Я считаю, что она не должна ездить на свидания к отцу в тюрьму, – сказала Мэгги Биллу шепотом, и он полностью согласился с ней. Питер тоже придерживался такого же мнения, когда рассказал ей, что Лиза навещает своего отца.
– Я должен вернуться в школу в ближайшее время, – задумчиво сказал Билл. – Почему бы вам обеим не поехать со мной? До летних каникул у меня остался всего один месяц. Может быть, мы смогли бы съездить куда-нибудь в Европу.