А если бы я или пацаны какие-то более серьезные травмы получили? Поэтому мне такого не понять.
Степаныч счел свое объяснение исчерпывающим и захлопал в ладоши, привлекая наше внимание.
— Сюда подошли, калеки. Шиза, чего ты лоб трешь, не боись, рог не вырастет, это просто гематома. До свадьбы заживет.
У Шизы действительно появилась огромная шишка на лбу, чем-то смахивающая на прорезающийся рог. Мы подошли ближе к тренеру, раз он собрался говорить.
— Что ж, испытание все на свои места поставило. Ты, Шиза, — Степаныч хлопнул пацана по плечу.
Шиза от такой новости сразу осунулся — расстроился пацан, что в шаге от поездки на турнир остановился.
— Почему я-то? Танк тоже отлетел, — процедил он.
Вряд ли он углядел момент, когда Танка стеганули. Но зато уже потом, когда в себя пришел, видел, что того рядом с ним тоже нашатырем откачивают.
— Отлетел, — согласился Степаныч и пояснил свою позицию. — Только когда он отлетел, ты уже десятый сон видел. Не готов ты пока, тут даже дело не в том, кого и когда вырубили.
Судя по тому, как перекосило Шизу, со словами тренера он был категорически не согласен.
— Бред! — пацан раздраженно сплюнул и, развернувшись, зашагал к выходу из базы.
— Э, брат, ты куда? — окликнул его Танк, отчего-то испытывающий вину.
— На хер все! — зло фыркнул Шиза.
Я хотел остановить парня, понимая, что это всего лишь эмоции. Проигрыш проигрышем, но это не повод, чтобы вот так психовать и идти с базы на своих двоих.
— Пусть идет, ему полезно время наедине с собой провести. Глядишь, собьется спесь.
Танк проводил Шизу взглядом, вздохнул полной грудью. Он тоже был в крайне скверном расположении духа, и, видимо, ситуация с отстранением Шизы от турнира его задела.
— Я не достоин, тренер, — тут же выдохнул он. — Не надо меня в Краснодар брать.
— Не достоин? — тренер бровь приподнял. — Найди мне еще одного такого гавнюка весом за сто килограмм и с бешенной скоростью, тогда я произведу замену.
Наверное, Танк хотел услышать от тренера совсем другое, но Степаныч всегда был весьма скуп на комплименты.