— Что скажешь? — Заур перевел взгляд на деда в дверях.
— Пусть приходит на тренировку, поглядим, — после внушительной паузы в несколько секунд ответил старик.
— Только это, Боец. Выезды никто не отменял, врубаешься? — строго посмотрел на меня Заур.
— Разберусь.
* * *Я рассчитался с пацанами, выдав каждому по десять кусков. Те просияли, явно на такой куш не рассчитывали. Видимо, общий бюджет подобного выезда не превышал двадцати тысяч рублей. Вот и досталось бы им, лучшем случае, по пять на рыло. Заняты же Муха и Рябой были тем, что скручивали с «девятки» номера.
Там прикупился по списку, который мне Лида с утра вручила. И с тяжеленными сумками вернулся в квартиру. Открыл дверь, а аптекарша при виде меня не смогла сдержать эмоций и бросилась мне на шею. Конечно, тяжело было девчонке, это я время занимательно проводил, а она с самого утра места себе не находила, нервничала, что с ней будет дальше и как. Я отволок сумки на кухоньку и коротко обрисовал Лиде грядущие перспективы.
— Уколы ставить? А какие? — смутилась она.
— Так там и разберешься, — я пожал плечами.
Лида как-то погрустнела, осунулась. Понятно, девчонка не затем все эти медицинские институты заканчивала, чтобы химию бандитам колоть… но по-другому в 1993 году было, фактически. невозможно. Кровь из носу, ей следовало как минимум на неделю затаиться и не высовываться, ну а там я, скорее всего, ее в другой город перевезу, в той же аптеке устрою. Видно будет.
Впрочем, по следующему ее вопросу я понял, что грустит она отнюдь не из-за смены деятельности.
— Я могу у тебя остаться, Сереж? — шепотом спросила она, продолжая разбирать сумки.
Мне хотелось ответить — да, но увы — это было невозможно. Ситуация продолжала обостряться, и впереди меня ожидали горячие деньки. Хрупкой девчонки, когда станет по-настоящему жарко, не должно быть рядом. Это не обсуждается.
* * *Вышли во двор, я оставил Лиду в беседке у подъезда, где в дневные часы не оказалось народа. Сам пошел ловить бомбилу, чтобы ехать в «Турист».
"В такси мы ехали молча, девчонка от обиды едва ли не впечаталась в дверцу, стараясь как можно заметнее дистанцироваться от меня. Бомбила за баранкой, завидев наши не самые радужные лица, тоже всю дорогу молчал.