— Ну, лошадок-то я как раз смогу прикрыть, — отозвался Рыжий. — Только ненадолго. Сколько их там, голов пятнадцать? Тяжеловато, конечно, придется. Но сгонять за провизией по-быстрому можно и вдвоем-втроем. А до дома доберемся — поднапрягусь на полчаса. Доскачем до «Лося», а там спрячем где-нибудь, чтобы чужим глаза не мозолили.
— А потом?
— А потом их куда-нибудь определим, — пообещал я. — В конце концов, кошки же нашли своего покровителя? Думаю, и кентавров кто-нибудь из богов сможет приютить. Гермес, или Флора.
Шрам кашлянул. Покосился на принца.
— Его высочество будет чистить лук и мыть посуду за посетителями? Как ты себе это представляешь?
На это ответил сам Альба.
Выглядел он растерянным, но голос прозвучал ровно и спокойно.
— Должен признать… я не умею чистить лук, — сказал он. — Но шансов укрыться от шпионов у меня не так уж много. Полагаю, это достаточно веский повод, чтобы освоить несколько новых навыков. Вот только…
Он обернулся на меня.
— Да? — спросил я.
— Только мне все равно необходимо как-то связаться с Дисом.
Я фыркнул.
— Ну, это не такая уж проблема.
С папиросой в зубах я вышел из таверны, не закрывая за собой дверь. Заглянул в конюшню, чтобы забрать оттуда ведро краски и кисть.
И на стене конюшни размашисто написал: «Здесь был Даня».
Рыжий заржал в голос.
— Вот ты вандал!
— Это моя суперспособность, — пробурчал я, перекладывая папиросу в другой уголок рта. — Если с Дисом все нормально, он по-любому придет в Шутиху, чтобы узнать, жив ли ты, — сказал я, обернувшись к открытой двери.
— Ну, сделай, — ворчливо согласился Азра, пряча улыбку. — Только дверь закрой. Холодно же.
Я кивнул, закрыл дверь в таверну, обернулся…
И едва не столкнулся с бароном.
Самеди возник из ниоткуда, без каких-либо предваряющих эффектов. Просто р-раз — и тут. В своем обычном черном костюме, цилиндре и лаконичной тростью с серебряным набалдашником в костлявой руке.
— Рад приветствовать вас в Шутихе, Даниил, — сказал он, приветственно касаясь полей своего цилиндра. — Надеюсь, теперь вы готовы уделить мне пять минут своего времени?
— С удовольствием, барон, — сказал я, и это было чистой правдой.