Слышал я, что и с Керманом беда приключилась? Утонул Неджет?
– Туда ему, ублюдку, и дорога!
– Да-да, что ни говори, а мстить вы, кавказцы, умеете!
– Умеем!
– Что думаешь делать дальше?
– Если позволите, на какое-то непродолжительное время останусь здесь, на хуторе. Пока мои люди в Ичкерии не прощупают обстановку. Ведь там за меня хорошие деньги дают!
Каландин равнодушно махнул рукой:
– Оставайся. Устраивайся в доме Есаула, если, конечно, не боишься призраков. Другой хаты у меня нет.
– Призраков не видел, в жизни своей еще никого не боялся, а остерегаться, как известно, следует живых.
– Вы умеете мстить, но еще лучше вам дается показать себя. Этакими бесстрашными, непобедимыми воинами, презирающими смерть. Это впечатляет, но только не тех, кто имел с вами дело. Я не хочу обидеть тебя, просто у меня плохое настроение. Иди, Ваха! Новый начальник охраны поможет тебе обустроиться в доме Верехова.
– Добавлю, фальшивых!
Каландин удивленно взглянул на Карахана:
– Что, Керман дал тебе аванс бумажками?
– Да! Но бумажками очень высокого качества!
– Если качество действительно высокое, то я мог бы купить у тебя фальшивые банкноты. Скажем, за полцены!
– Я обдумаю ваше предложение, Георгий Дмитриевич.
– А чего тут думать? У тебя есть покупатель, который даст дороже за фальшивки?
– Есть! С потерей двадцати процентов! Могу назвать его имя.
– Они разве берут в евро?
– Им без разницы, доллар, евро или фунт. Вот к другой валюте эти ребята относятся равнодушно."
"– Хорошо! Мы вернемся еще к этой теме! А сейчас иди. Мне надо организовать похороны Мельника. Достойные похороны достойного человека. Внедорожник оставь пока при себе.
– До встречи, господин Каландин!
– До свидания, Карахан!
Ваха вышел на улицу, где его ожидал новый помощник и начальник службы охраны усадьбы, Осипов. Он спросил Карахана:
– И чем, если не секрет, закончилась беседа с боссом.
Ваха взглянул на Осипова:
– Решено, что какое-то время я проведу здесь, на хуторе.