Надо было пристрелить тебя по возвращении. Пожалел. Ошибся. Ну чего стоишь? Командуй своей гвардией, выпускай на спецназ.
Карахан достал рацию, отдал короткий приказ.
Масуд сплюнул на ковер, взглянул на Балаева:
– А ты куда смотрел, придурок? Баб местных трахал да с Аркашей гулял? Догулялись, я ваш род топтал. Хватай пулемет – и в коридор. Вали неверных, сколько сможешь!"
"Шамсет пулей вылетел из комнаты.
Масуд отвел телохранителя к глухой стене:
– Наши люди где?
– В коридоре.
– Джип?
– Недалеко от фермы!
– Впрочем, это уже не важно! Если район блокирован, а он наверняка окружен, на машине отсюда не вырваться.
– Но это же двадцать с лишним километров?!
– Ерунда. Течение здесь сильное, замерзнуть не успеем. Спецназ не может знать, что с колонной сюда приехал лично я! Трупов тут будет много, пусть разбираются, кто есть кто.
– Вы решили убрать их?
– А у меня есть выбор? Благодари Аллаха, что в их число сам не попал. Ты пойдешь со мной. Но перед отходом ты должен завалить остальных телохранителей. Карахана я возьму на себя, Шамсета завалят гяуры. Отход, как только разберусь с Караханом. Ты же иди, реши вопрос с бывшими дружками. После чего прикинь, через какое окно начнем отход, двери для нас закрыты.
– Да, господин!
– Ступай! Да поможет тебе Аллах!
Отпустив ближайшего телохранителя, которого решил взять с собой Масуд, чтобы потом иметь возможность либо прикрыться им, либо подставить под возможное преследование, он услышал хлесткие очереди пулемета. Шамсет вступил в дело. Надолго ли?
Масуд хотел пройти к окну, чтобы мельком взглянуть на то, что происходит во дворе усадьбы, как мощный взрыв сотряс дом, заставив грозного в прошлом полевого командира упасть на пол и замолчать пулемет.
– Русские подорвали часть задней стены. Значит, «КамАЗы» уже в их руках!
– Да черт с ними, с «КамАЗами», и с этим героином. Нам перекрыли все пути отхода! Что твои люди?
Карахан опустил голову:
– Их всех… уничтожили.