— ЧТО ТЫ ТАМ ГОВОРИЛ ПРО СОКРОВИЩА БЕЗ ОХРАНЫ⁈
— Ну а что ты хотел? — я невозмутимо пожимаю плечами. — Конечно, это тебе не крестьян грабить.
— Ах ты засранец! — Друбман с громогласным воплем обнажает своего двуручного монстра и, пришпорив «коня», бросается на меня. Но не добирается — я беру под контроль его шестилапку и заставляю встать на дыбы. Огромный полуракхас слетает с седла и глухо бьется об землю, как мешок с навозом.
— Ну, БРАТИШКА! Я тебя на куски порву! — воет Друбман, поднимаясь.
— Не брат ты мне, огурец зеленожопый.
Ментальным приказом отодвигаю лошадку в сторону, и когда невинная животина оказывается вне зоны столкновения, обрушиваю на Друбмана двойной Голод Тьмы. Такой удар здоровяку не пережить, артефакты погаснут раньше. Вон уже погасли.
Тем временем офигевший Крибер лишь очумело глазеет на облако скрежещущего мрака и потирает шишак на лбу. Нападать он, похоже, не собирается.
— Покеда, — махнув ему, я приспускаю шестилапку к дальнему флангу оставшихся наемников.
Дождавшись, когда защитное поле сломается под очередным обстрелом, покидаю группировку и несусь прочь с поля сражения. Мой Покров Тьмы сливается с ночью, я невидимкой пересекаю расстояние до степи за отрогами.
Больше в горах мне нечего делать. О группировке «Красных мечей» можно забыть. Правда, остается небольшая проблема черных казидов. Но после сегодняшнего от карликов останется лишь малая шайка. Ни кротозверей, ни бигусов. Поэтому надо передать весточку новому королю белых казидов, пускай займется кровными врагами.
Ближайшую «нору» обнаруживаю с помощью Дара сканера. Но всё равно приходится скакать до портала часа четыре. Столь долгих марафонов на седле у меня еще не было. Но видимо, в медовом месяце всё нужно попробовать.
Добираюсь домой чуть ли не под утро. Так на шестилапке и прискакиваю в усадьбу, лень было еще сворачивать в гвардейскую базу за тачкой.