Сущность Диабло, вязкая и склизкая, торпедой выстреливает из тела Высшего Грандмастера и попадает…ко мне в голову. Оппа. Настолько сильного легионера, пусть и временного, у меня еще не было!
«Почему я здесь⁈»— раздаётся испуганный голос Диабло, его уверенность начинает рушиться.
— Потому что ты — тупой кусок слюней, — улыбаюсь, прикрыв глаза.
Он пытается вырваться, но слишком поздно — его сущность втягивается в мой Легион, словно мух в паутину. Внутри моего сознания легионеры, по моему сигналу, тут же набрасываются на него, как стая голодных волков.
Кругом Ледяной Ад начинает рушиться. Льды трескаются, айсберги падают, небо светлеет. Пространство возвращается в норму, и мы снова стоим в жаркой пустыне.
«Нет! — кричит Диабло, его голос эхом разносится по утихающей реальности. — Это невозможно! Ты — жалкий щенок!»
— Неверно, — я обрушиваю пси-град на эту тварь.
Опасно держать Демона в своем сознание, а потому лучше его изничтожить. В глазах демона страх и отчаяние. Он исчезает, растворяясь, и хочется верить, что у него не хватит изворотливости переродиться в глубинах Астрала.
Я открываю глаза. Ратвер стоит рядом, ошеломлённый. Его дыхание тяжёлое, на лбу выступает пот. Рядом валяется тело Диабло.
— Ты… ты убил его? — спрашивает оборотень недоверчиво. — ТЫ⁈"
"— Именно, — киваю, усмехаюсь.
Высший оборотень смотрит на меня с смесью недоверия и страха.
— Как ты это сделал?
— Надо действовать умом, — пожимаю плечами. — Сила — не всегда главное. Ты заметил вообще, что он не надевал ледяной доспех? — он молчит. — Доспех блокирует телепатию не только снаружи, но и изнутри, потому у телепатов и нет магических доспехов. Диабло не надевал доспех, потому что его Ледяное касание души — больше телепатическая техника.
На мгновение между нами повисает молчание, но затем его глаза снова наполняются злобой.
— Это всё твои телепатические штучки! Мне плевать! Я всё равно убью тебя! А потом найду Обитель и выпотрошу всех монахов!
— Кажется, мы договаривались о немного другом, — спокойно замечаю я, но он уже бросается на меня с рычанием.
Его когти сверкают на солнце, мышцы напрягаются. Но вдруг он останавливается, схватившись за живот. Лицо искажается от боли.