Главное было соблюдать два правила: тырить не по многу, а по паре монет. И только у тех, кого моют другие банщики. Так, клюя по зернышку, прожил Шельма несколько месяцев в ожидании настоящей удачи. И приплыла, голубушка. У индийского купца в кисете с халвой, в самой середке, была упрятана большая розовая жемчужина. С нею Яшка и отбыл из Сарая. Эх, приятно вспомнить…
На площади перед дворцом белоснежного камня Шариф-мурза важно кивнул Боху, будто едва знакомому, и въехал со своими нукерами в высокие ворота.
Распрощались, стало быть.
Купец сразу оборотился на Шельму, подозвал.
– Ну, где твой «Ак-Юлдуз»?
Яшка еще из Новгорода, через знакомых ордынских купцов, снял для проживания хороший караван-сарай. У ордынцев налажена скорая йáмская служба – письма пересылать. Караван до Сарая больше двух месяцев волочился, а конные йáмщики за две недели долетели бы.
Третьего дня, завидев йамского гонца, спешащего в Сарай, Шельма за дирхем передал письмецо для хозяина Семиз-Якуба: будем тогда-то.
Толстяк не подвел, приготовил всё, как заказано.
Для Боха большую комнату, открывающуюся в сад. Там кресло и стол, кошмы-подушки, чираги (такие масляные светильники – чтоб читать). Для дневной жары под окном, в корытцах, лежат глыбы зеленого волжского льда, его с зимы хранят в подвалах. Для ночного студа (в здешней степи даже в августе при северном ветре ночью бывает холодно) – бронзовый мангал с углями.
Купец остался доволен, похвалил Яшку.
Габриэлю полагалась смежная с хозяином комнатенка – маленькая, но отдельная. И там на подносе разложены тыковки, несколько больших реп, огромные крымские яблоки. Вырезай свои цветочки сколь пожелаешь, не обожрись. Чудище огляделось, кивнуло. Для дракона свирепого это была невиданная любезность.
У Яшки отлегло от сердца. Очень он боялся, что Габриэль потребует жить вместе с Бохом, чтоб оберегать безопасность господина. Для Шельминого замысла это было бы плохо.
Но страшенный человек, должно быть, знал, что в ордынской столице порядок и грабителей не бывает. Удовольствовался соседством.
С удобством разместились и кнехты.
В общем, все были довольны, а больше всех сам Яшка."
"Ну, дева-змея, скоро будешь нашей.
Видение о благодарных душах
Утром засветло Яшка отбыл со двора. Сказал, что отправляется за настоящей едой, два с лишком месяца чепухой питались. И припасов, конечно, закупил.