Большая (не)любовь в академии (СИ)

И снова сильное волнение в груди. Когда же это закончится?

За дверью слышался хохот, девичьи визги, какая-то беготня. Адепты стояли на ушах. Я мысленно пожелала себе удачи и вошла в ступенчатую аудиторию, по которой летали скомканные бумажки. Их запускали парни. Лица девушек были раскрасневшимися, некогда красивые прически теперь походили на вороньи гнезда, а у одной блондинки - на метлу нашего дворника. С такими учащимися точно не соскучишься...

Сигнал о начале занятия они, разумеется, не слышали. Я пару минут терпеливо ждала, когда адепты перестанут ходить на головах и обратят на меня внимание.

Мне и самой нужна была эта пауза, чтобы восстановить дыхание и хорошенько рассмотреть очередной выпуск «сказочников».

Успокоившись, поняла, что сами по себе они не рассядутся. Можно было бы прибегнуть к магии, если бы она не дремала, или к свисту, но и тут пролет - мое положение не позволяло применять столь радикальные методы. Я обвела взглядом кафедру и обрадовалась, обнаружив увесистый том Устава академии, которым пару раз постучала по столу.

Однако желаемого эффекта не достигла - лишь единицы повернули головы в мою сторону. Ну ничего, сейчас я точно привлеку ваше внимание. Мысленно усмехнувшись, подошла к доске и провела по ней ногтями. Звук получился омерзительным.

- Брр-р! А-а-а! Прекрати! - доносилось с разных концов аудитории."

"У меня и самой по спине пробежал холодок, волоски на коже встали дыбом, на зубах появилось ужасное ощущение, напоминавшее оскомину.

Но результат стоил того. Адепты утихомирились и заняли свои места.

- Приветствую группу ясновидцев и предсказателей.

- Милашка Меган, тебя оставили на второй год? - перебил меня «ценный кадр», о котором говорила профессор по смертельным заклинаниям.

А «ценным» он был потому, что являлся сыном одного из самых влиятельных банкиров Керберли. Папенька этого «одаренного» парнишки из года в год вкладывал в развитие академии немалые деньги, взращивая тем самым в своем отпрыске манию величия и чувство собственной значимости.

Хотя там и смотреть-то было не на что. Полтора метра с цилиндром в прыжке, белобрысый, вечно прыщавый и ужасно худющий. При виде этого нескладного и непривлекательного молодого человека даже у меня возникало желание накормить его. Пока он не открывал рот. Из-за его заносчивости и весьма скверного характера с ним мало кто мог сладить. Однако попытка не пытка.

- Адепт Ригг, извольте молчать, когда говорит ваш куратор.