Вроде не первая такая стычка с главой их семейства, знал Вадим прекрасно и его, и себя, и на этот раз был уверен в своей правоте, но все равно разговор оставил беспокойный осадок, внеся в душу сумятицу и напряжение. Еще и Регина голову морочила. То она в ванной — не могла поговорить, то спала — звонок пропустила.
— Вадь, ну чего ты ее достаешь? Сам отправил к маме, сам покоя не даешь. Пусть девчонка отдохнет, — пыталась урезонить его Светка.
— Потому что мутит, — хмуро проговорил Шамрай, глядя в телефон и читая очередное невразумительное, по его мнению, сообщение.
— Что она может мутить? — посмеялась сестра. — Раненая наша Киса.
— Не напоминай! И ничего веселого тут не вижу! — рыкнул он.
Но Светлана сегодня отличалась не только хорошим настроением, но и поразительным бесстрашием, поэтому отважно предположила:
— Может, она решила с подружками встретиться.
— С какими подружками?
Угрожающий тон сестру не смутил, она налила себе еще кофе и откусила печенье, всем видом показывая, что в ближайшее время оставлять брата наедине с собой не собирается.
— Откуда я знаю, с какими? Что у нее там подружек нет?
— Я сейчас в Тулу уеду! — угрожающе предупредил Вадик.
— Что там Реня пишет?
— Это не Реня. — Шамрай посмотрел сестре в лицо, явно раздумывая о чем-то своем. Видимо, приняв какое-то решение, он что-то кому-то ответил и сдернул со спинки стула футболку, которую бросил туда, выйдя из душа, но так и не надел. — У нас гости.
— Кто?
— Анюта, — брезгливо произнес он и натянул футболку.
— Кто-о-о?! — воскликнула Светлана, ошалев от ее наглости.
— Не ходи за мной. Я сказал — сядь! — приказал Шамрай. — Я не шучу. Не вмешивайся.
Но сестра соскочила с барного стула, не собираясь пропускать ни слова из предстоящего разговора.
— Не буду я вмешиваться! Я только послушаю…
Вадим вышел в коридор, соединяющий жилую часть квартиры с лестничной клеткой. Дверь он открыл, но пройти внутрь нежданной гостье не предложил, каменно застыв в проеме.
— Мы можем поговорить? — спросила Рейман, смутившись.
— Я слушаю.
— Мне Регина нужна, я бы хотела с ней встретиться, — начала Анна Игоревна и отступила на шаг, увидев, как изменилось выражение лица Шамрая. Не успел он и слова сказать, она начала оправдываться: — Ты не понял. Мы бы хотели решить все миром. Любые деньги. Сколько хотите. Все издержки по лечению и моральную компенсацию, все, что хотите, только не надо ничего… против Владика. Того, что сделал ваш отец, достаточно. Мы все оплатим. Все, что нужно.