— Тааак… Лариса, что это значит?
— Гришечка, ты не знаешь, как это бывает, когда по тебе скучают? Это значит, думают постоянно, фантазируют… Домысливают разное…
Он мгновенно понимает, о чем она.
— Ты с ней встречалась?! Что ты Люсе сказала?! — теперь он говорит уже громко. Но пока еще не орет.
— Ой, да ничего особенного, Гришуля. Так, между нами, девочками. Ты же понимаешь, у нас с Милочкой много общего… теперь. Я могла бы ей подсказать, посоветовать… Ну, ты же понимаешь? Я-то знаю, как ты любишь, как тебе нравится больше всего…
Отброшенный нож звонко стукает о край тарелки.
— Лариса, мать твою!!! Ты совсем охренела?! Кто тебя за язык тянул?! — вот теперь Григорий орет так, что на него оборачиваются.
— Да что такое, малыш? Что ты завелся? Я же хочу как лучше. Чтобы тебе было комфортно. Как ты привык…
Алая пелена гнева перед глазами, но почему-то внезапно холодная в своей ярости голова.
— Лариса… — успевает удивиться, как странно спокойно вдруг звучит его голос. — Ты помнишь, что тебе говорил Гошка про Алину?
— Помню, — ему показалось или она там чуть замешкалась с ответом? — Ты сказал, что он блефовал.
— Георгий блефовал. А я — нет.
— Гриша…
— Не смей подходить к Люсе! Даже и думать о ней забудь! Иначе я…
— Гриша, ну что ты?! Шуток не понимаешь?
— Не понимаю! Лариса, ты меня знаешь! Я не блефую и слов на ветер не бросаю! Если ты не угомонишься, пеняй потом на себя. Я тогда тебе ничего не гарантирую! Ни тебе, ни дочери твоей! Ты поняла меня?!
Ответом ему тишина, которая вскоре обрывается короткими гудками.
— Ты мне трубки тут не бросай! — едва дождавшись ответа. — Я хочу, чтобы ты мне сказала: ""Григорий, я все поняла. Я больше не побеспокою Люсю и вообще забуду о том, что она существует"". Скажи мне это так, чтобы я тебе поверил! Это в твоих же интересах!
Пауза. А потом ему говорят то, что он хочет услышать.
_________________
Зачем она ему звонила? Зачем встречалась с этой Люсей? Да просто не могла это все оставить, как есть! Вместо головы включились эмоции.