И именно оно, это чудовище, издавало тот звук, который я из-за двери приняла за шум пылесоса. В действительности это было низкое, басистое и очень страшное рычание.
– Мама! – сказала я негромко и попятилась.
– Вы кто? – строго спросил меня мужчина.
Я оторвала завороженный взгляд от собаки и боязливо взглянула на хозяина.
– Я от Алевтины Романовны… – сообщила дрожащим голосом.
Надо сказать, что первой моей мыслью было немедленно сбежать из этого дома. Бежать как можно быстрее, как будто я опаздываю на поезд или за мной гонится стая гиен.
В общем, бежать, чтобы не догнали. Работа, на которую я так рассчитывала, больше не казалась мне такой привлекательной. Я даже хотела сказать, что ошиблась дверью, и поскорее удалиться. Но слово, как известно, – не воробей, вылетит – не поймаешь!
– От Алевтины Романовны? – переспросил хозяин. – Ну слава богу! Я уже перестал надеяться! Положение совершенно безвыходное – улетать нужно уже сегодня вечером, а Бонни оставить не с кем… хотел уже билет сдавать… Бонни, познакомься с девушкой! Вас как зовут?
– Василиса… – пробормотала я, не сводя испуганного взгляда с огромных клыков Бонни.
– Познакомься, Бонни – это Василиса! Ты должен с ней подружиться, вам придется вместе прожить некоторое время…"
"Бонни с железным лязгом захлопнул пасть. С таким звуком посреди ночи закрывался опустошенный холодильник после визита вечно голодного Петюни. Затем пес снова приоткрыл пасть, облизнулся, выпустил струйку слюны и искоса взглянул на хозяина.
Хозяин перехватил мой испуганный взгляд и проговорил:
– Он действительно немного крупноват для своей породы. У нас даже были проблемы с выставочной комиссией. Бонни в холке не укладывался в норматив!
– Что вы говорите? – пробормотала я просто, чтобы что-то сказать.
– Да, но все разрешилось! – с гордостью сообщил хозяин.
– Только при встречах с суками теряет голову… – вставила я машинально.
– Как, вы это уже знаете? – удивился хозяин.
Я хотела ответить, что мне рассказала об этом его жена, но вовремя прикусила язык, вспомнив, что Нелли просила не рассказывать мужу о нашей встрече.
– Да, в общем, все кобели одинаковые! – ответил сам себе Борис Алексеевич.