– И мне некогда лечиться, мы же сегодня улетаем…
– Ну и что, Неличка? Моему зятю как раз нужно было лететь в Гонконг, на научную конференцию, а его, как назло, прихватил радикулит – буквально ни сесть ни встать! Так этот врач его за двадцать минут поднял на ноги…
В дальнем конце коридора послышались шаги Бориса Алексеевича.
Я прикрыла трубку ладонью и поспешила закончить разговор:
– Спасибо, Алевтина Романовна, как-нибудь в следующий раз! – и торопливо повесила трубку.
И можете себе представить – Бонни послал мне самый настоящий заговорщический взгляд! Мол, у нас с тобой теперь есть своя маленькая тайна! И вообще, держись за меня – не пропадешь!
Едва я успела осмотреться в квартире, как снизу позвонил водитель такси.
– Ну, вы с ним будьте построже! – проговорил он, закрывая дверь.
Надо понимать, что с женой он встретится прямо в аэропорту.
До этого момента Бонни держался вполне скромно и изображал из себя воспитанную собаку.
Первым делом он выкатил откуда-то из-под дивана потрепанный красно-синий детский мячик, схватил его в пасть и бросил мне. Я замешкалась, и пес выразил свое неодобрение уже знакомым мне низким рычанием.
"Подняв мячик с пола, я бросила его обратно Бонни. Но сделала это как-то лениво, вяло, без того радостного детского оживления, которым обычно сопровождаются подвижные игры. И пес это отметил строгим взглядом и прежним неодобрительным рычанием. Затем он снова схватил мячик и бросил мне, как бы давая еще один шанс.
Мне вовсе не улыбалось играть в мяч с этакой махиной. Мне вообще хотелось посидеть спокойно, выпить чашечку чаю.
Как уже говорилось, после Петюни на кухне становится как-то нечего делать, так что позавтракала я сегодня кое-как, диетически, как говорила бабушка, «вроде бы и еда на столе, а есть нечего». Хозяйский холодильник был полон продуктов, так что я чудно проведу время.
Но не тут-то было. Едва я сделала шаг к двери, как Бонни с удивительной ловкостью протиснулся мимо и лег в проходе.