— Выйду, не выйду, это еще бабушка на двое сказала. А так, может, дам Марату шанс, — пожала плечами.
— Ты иногда выражаешься, как старушка, — закатила глаза. — А насчет Марата правильно, тебе развеяться надо, хоть сводит тебя куда-нибудь.
Промолчала, усмехнувшись, сама я такого энтузиазма не испытывала. Собрала чемодан и поставила у порога.
— Ты блокнот забыла. Что тут, кстати? — задал вопрос подруга и схватила лежавший на столе мини-альбом.
— Это? — задумчиво обернулась. — Это можешь выкинуть или сжечь.
Я знала, что она там увидит. Многочисленные рисунки Кирилла Соловьева. Парня, которого я любила.
— Это то, что я думаю? — задала она закономерный вопрос.
— А ты не думай, Мил, просто выбрось этот мусор. Давай чай на дорожку, — присела около нее.
Попрощавшись, вышла на улицу, где уже ждал Марат, которого я попросила отвезти меня на квартиру.
— Может, с тобой остаться? — спросил он, когда поднял чемодан на нужный этаж.
— Это лишнее, — скупо улыбнулась. — Я бы тебя позвала на чай, но тут целый фронт работ.
— Поехали тогда, перекусим, — предложил, и я вдруг неожиданно даже для себя согласилась.
В животе заурчало весьма громко, отчего Марат улыбнулся, помог внести чемодан в квартиру, а после мы поехали в кафе.
— Слушай, хотел пригласить тебя на выходные в новый ресторан на крыше, надеялся, что согласишься, — в какой-то момент предложил мужчина, а я застыла.
Чувство напряжения усилилось, а затем я подняла голову, встречаясь с ним взглядами.
— Марат, — сглотнула, собираясь отказать как-то более этично и необидно, а затем наткнулась на будто знакомую макушку.
Дыхание перехватило, а после парень повернул голову боком, отчего я окончательно убедилась, что это Кирилл. С той стороны раздался женский смех, а после я уже обратила внимание на спутников Соловьева. Двое каких-то парней, чьи лица я вроде видела в университете и на гонках, Карина и еще две девицы.
Сердце снова прорезала боль, но в руки себя взяла я на этот раз быстрее.
— Аида? — снова голос Марата.
Он вдруг стал оборачиваться, но я не хотела, чтобы он стал свидетелем моего унижения.
— Марат! — воскликнула и коснулась ладонью его руки, лежащей на столе. — Я согласна.
Он не успел обернуться, чтобы увидеть то, что заметила я.
— Правда? — снова посмотрел на меня."
"А после моего кивка просиял, словно выиграл джекпот. Воодушевление сделало его разговорчивым, так что тишину между нами он успешно заполнял сам.