— Сёма, — томно она произносит, когда мы подходим к их компании ближе, — кто это с тобой? Представишь?
Глаза у нее так и мечут молнии, столько в них яда, сразу видно, стерва стервой.
— Это Карина, девочки, муза наших гонок, а это Мила и Аида, мои личные гостьи."
"Последнее уточнение, как по мне, было лишним. Теперь мы обе точно в списке врагов этой блондинки Карины. Мне кажется, или мое имя он произносит с придыханием, как-то более соблазнительно? Задерживаю дыхание, пытаюсь все это время отцепить его ладонь незаметно, но не получается.
— Добро пожаловать в тусовку, девочки, — поочередно смотрит на нас, сужает глазки-щелочки и вдруг сияет, увидев кого-то за нашими спинами. — Кирилл!
Застываю соляным столбом, слышу, как сзади к нам подходят, заставляя волосы на загривке встать дыбом.
— Развлекаешься, Сёма? — хриплый мужской баритон пробирает до мурашек на коже.
Боже, куда я ввязалась в очередной раз?!
Глава 2.1
***
Кирилл Соловьев
Сегодняшние гонки — просто очередное развлечение, ничего больше.
— Кирилл, — кидается ко мне Карина, как только я подхожу к компании.
Семён считает ее нашей, хотя мне по факту плевать. Еще 2 года, и мы выпустимся, пути наши разойдутся.
— Готов к победе? — ухмыляется друг, сжимая свою руку на талии девчонки, как ее там, Алина, Аида?
— Аида, — цедит она и щурит глазки-щелочки, недовольно поджимая губы.
Раздраженно сбрасывает руку моего друга.
— Плевать, — фыркаю и, прижимая к себе льнущую к моему телу временную новую подружку, наклоняюсь к ней и шепчу, глядя при этом в глаза той, другой, — победителю полагается особенный приз, правда?
Карина ахает и жеманно хихикает, как по сценарию.
— Я тебя сумею удивить, — тихо говорит мне на ухо.
А вот это вряд ли, девочка. Я таких, как ты, пачками перевидал. Одни и те же ужимки, отрепетированный флирт, ничего нового.
— Сегодня Дым приехал, — говорит мне напряженным голосом Сёма.
Тело моментально принимает агрессивную стойку. А этот что тут забыл?
— Загорский? — восклицает какая-то девчонка и быстро крутит головой, выискивая парня.
Фыркаю, отчего губа презрительно дергается.
— Почему Дым? — спрашивает Аида, которую мне так и хочется подразнить, назвав другим именем снова.
Но сейчас я слишком зол, чтобы играть в эти игры.