Никита успел догнать, рванув меня за ворот джинсовки на себя.
— Далеко собралась, мстительница? — язвительно спросил он, буравя меня тёмным взглядом.
— Подальше от тебя!..
— А ты ничего не забыла, заинька? Ты беременна моим ребёнком. А своего ребёнка я не собираюсь отпускать неизвестно куда. Значит, и тебя тоже.
— У-у-у!.. — топнула я ногой. — Вот бабулечка любимая, услужила!.. Нагадала!.. Нет, не нагадала, а прокляла меня. Тобой!.. За то, что я не поверила в её способности. Отпусти меня живо!..
— Не случится, заинька. Даже самое мощное слабительное не срабатывает вот так сразу. Слабительному нужно время, чтобы подействовать. Обычно это полчаса-час или чуть больше. Мне хватит.
Ник ещё раз дёрнул меня на себя за джинсовку. Наверное, он намеревался тащить меня как пещерный человек, невзирая на мой протест и нежелание идти с ним. Я взглянула на светофор: всё ещё горел зелёный, но вот-вот время его закончится.
На той стороне дороги я обернулась, помахав Никите. Ник был зол.
— Я тебя всё равно догоню! — крикнул он.
— Не успеешь!.. — зелёный свет уже начал моргать.
Ник выругался, скорее всего, выматерился и… бросился вперёд. Половину дороги он пробежал без происшествий. А вот вторую половину ему не удалось преодолеть. Потому что из-за поворота вырулил автомобиль и не успел притормозить.
"Никита Андреевич лежал на асфальте. И вот теперь было ясно, что он ни капельки не симулировал. Такое кровотечение он бы точно не смог сымитировать. Я оттолкнула мужика, опустившись рядом с Ником на асфальт.
— Вот ты болван! — в сердцах произнесла я, крикнув в сторону.
— Чёр-р-рт… Я ещё пока ничего не чувствую… Просто в голове звенит…
Ник вцепился пальцами в мою руку.
— Теперь ты не скоро сможешь бегать, — сказала я, смахнув неизвестно откуда взявшиеся слёзы. — Скорее всего, ты сломал ногу. Всю штанину кровью залило и…
— Не смотри туда, — попросил Ник, — вдруг тебе станет дурно?..
— Мне не становится дурно от вида крови. Но дурно от одной мысли о том, что могло бы случиться!..