— Скажи мне правду: что между вами было? Вы целовались?
— Матушка! — от волнения он даже забыл слово старшая. — Миньминь моя сестра! Да разве я посмею⁈
— Хорошо, что ты это осознаешь. Невозможность вашего брака.
— Я дал Миньминь слово. Что никогда не женюсь. Она мне тоже поклялась.
— Что?!!
Шекспир, Ромео и Джульетта! А он еще и продолжает:
— Если вы посмеете нас принудить, Миньминь выпьет яд, а я брошусь на острый меч.
— Да ты что, Сашка⁈ Сан Тан то есть. Я-то как буду после этого жить⁈
— Тогда уважайте мой выбор.
Я сейчас умру, мне и яд с мечом не потребуются, просто сердце разорвется от дикой боли. Стараюсь держать себя в руках:"
"— Я понимаю: первая любовь, романтика. Но это пройдет. Это чувство сродни подснежнику, но потом распускаются розы. У каждого времени года свой цветок, также и человек: весенние заморозки влияют на его первое чувство, и кажется, что все погибло, а потом лето ему дарит самые пленительные ароматы, а осень — яркие краски. Все мы через такое прошли. Вы еще дети. Ну, почти.
— Я буду защищать империю с оружием в руках. Стану Мастером боевых искусств. Отдам всю свою кровь, до капли, за родину. Но не принуждайте меня жениться. У меня есть братья, они и продолжат род. А я останусь верен моей Миньминь, которая тоже дала клятву верности мне. Хранить целомудрие всю жизнь. Поскольку мы не можем жить, как мужчина и женщина.
Занавес! Только не надо аплодисментов! Потому что это ну реально трагедия! Для Сан Тана, для Миньминь, для меня.
Юнру это алмаз. И алмаз ограненный. Читай: сверкающий талантами и чистотой бриллиант. И своей твердостью принцесса Ран не уступит ни Сан Тану, ни Миньминь! Хотя, какая твердость у Миньминь? Не это ли слабое звено? Надо взять на заметку.
— Да когда же вы успели обменяться клятвами? — горько спрашиваю я, прекрасно понимая, что времени у них было предостаточно.
— Я вижу, что вам не по себе, старшая матушка. Поэтому пойду. Меня ждет Сяоди, мы с ним тренируемся каждый день.
— Задержись. Сейчас сюда придут принцессы Ран, мать с дочерью. Я планировала сегодня же объявить о твоей помолвке с Юнру.
— Никогда!
— Тебя ведь учили манерам? Ты не можешь сейчас улизнуть. Эти две благородные дамы придут к тебе.