В итоге в огне гибнут все, кроме законной жены принца и новорожденной дочери, которые находились в отдельном павильоне!
Но я сильно сомневаюсь такому совпадению, почему-то высокая смертность у нас только среди принцев! Прямо косит их мор! А теперь и стихийные бедствия! Какой загадочный форс-мажор!
Поэтому тайно зову к себе Сяоди.
— Ты был на пожарище?
Прошло уже три дня. А нас само, собой объявлен траур.
— Да.
— Я знаю, что тела нашли. В каком они виде?
— Обгорели сильно, но следы насильственной смерти скрыть не удалось.
— Кто?
— Наемники со стороны. Или даже евнухи.
— Я не о том. Кто их послал, и кто им заплатил?
— Вы сами знаете.
— Но ведь нельзя же так. Это уже не просто интриги. Человек, имя которого мы оба не хотим называть, откровенно зарвался.
— Я тоже так думаю.
— И ничего не делаешь!
— А вы, почему ничего не делаете?
— Я хотя бы предупредила леди Гао.
— Да уж! — презрительно кривится Сяоди. — Нашли нужные слова! Почему же они не уехали?
— Из упрямства.
— У меня есть запись осмотра тел покойного Третьего принца, его матери и детей. Заверенная двумя подписями. Помимо моей. И всеми положенными печатями.
— Почему ты об этом не скажешь?
— Кому?
— Принцу Сан Тану.
— А что это изменит?
— Ты прав: ровным счетом ничего.
— Чего?
— Важный документ, где указана истинная причина смерти. Он нам когда-нибудь пригодится."
"— Сохраню, не беспокойтесь. Госпожа.
— А как там наши свидетели? Лекарь и акушерка?
— В порядке. Поженились.
— Шутишь⁈
— Нет, госпожа. И им так проще, и мне.
— Что ж… Ты молодец.
— Вы впервые меня хвалите.
— А ты впервые называешь меня госпожой без подоплеки, с истинным уважением.
— Потому что я и в самом деле вас уважаю.
— Я рада, что мы друзья, Сяоди. Будем держаться друг друга. Времена впереди трудные.
А буквально через неделю император собирает совет, на который меня, само собой, не допускают. Мое место за ширмой давно заняла Чун Ми. Она все контролирует.
Я присутствую уже на оглашении императорского указа. Мне и сладко, и больно.