Когда со мной такое в последний раз было?
За столом, по правую руку от меня, сидит представитель одной из самых крупных фирм-подрядчиков – Юсупов. Не Феликс, но гонору не меньше, чем у всех великих князей вместе взятых. Он деликатно покашливает и бросает взгляд на часы, мол, время не ждёт, нечего на волнах памяти и в озёрах раздражения плавать. Злюсь на себя, смахиваю в ведро обломки карандаша и вгрызаюсь в предмет обсуждения. И больше не отвлекаюсь.
Новый проект обсуждаем долго. Я ловлю Юсупова на мелочах, и ему это не нравится, но желание получить контракт сильнее жадности, потому через несколько часов он соглашается работать с проверенными поставщиками и использовать строго оговоренные строительные материалы.
Я могу творить какую угодно дичь со своей личной жизнью, но к работе это не относится.
Юсупов размашисто подписывает документы, мы жмём друг другу руки, планируем новую встречу на будущей неделе, и вскоре я остаюсь в кабинете один.
Жалею, что Стас взял отпуск. Мне бы не помешал сейчас рядом друг, с которым можно было бы просто поговорить. Но где-то в глубине души радуюсь его отсутствию: я до сих пор так и не решил, говорить ли ему о шашнях его супруги. Нужно ли мне влезать в их жизнь? Или стоит отойти в сторону и позволить другу самому обо всём узнать когда-нибудь? Не знаю… сложно.
Я намеренно долго вожусь с документами, еду на объект, устраиваю очередную внеплановую проверку – делаю всё, чтобы занять чем-то голову.
Надо ехать домой, но в офисе мне комфортнее. Какая разница, в каких стенах бродить без сна? Но всё-таки решаю, что достоин провести ночь не на узком диване, а в своей собственной кровати.
– Домой, – командую водителю и устало растекаюсь на заднем сиденье.
– На Варшавскую? – уточняет адрес, а я отрицательно качаю головой.
Нет, в загородный дом я не хочу ехать. С Юлей сейчас всё очень сложно, а я бесконечно устал что-то объяснять и доказывать.
И я чуть было не прошу отвезти меня в “Парадиз”, где не был больше недели, но вовремя самого себя торможу.