На основах магической защиты профессор Адмир гонял так, будто мы, как минимум, подвергнемся нападению целой толпы высших магов. Неужели наш бой со Змеем произвел на него такое впечатление? Высшую магию он запретил использовать на своих занятиях под страхом исключения из Академии, зато щит заставлял создавать непрерывно. В пару с Олбертом вставать запретил, и мы тренировались в основном с Сильвией. Щит у меня получался, хотя и не такой безупречный, как на первом занятии, но с каждым разом он давался все легче.
Профессор Бруни свирепствовал, будто история – это то, что жизненно необходимо зельеварам. Но если другим она давалась относительно легко, то мне приходилось часами корпеть над учебниками, что очень сильно отвлекало от приготовления зелий по бабулиной книге, хотя иногда я даже получала от этого удовольствие. Взять тот же доклад по расам – просиживать в библиотеке не захотелось никому, поэтому вся женская часть факультета рассказывала в основном о магах. Зато мужская – о наянах, с придыханием.
"Перемирие с ним, как ни странно, продолжалось. За месяц мы не сказали друг другу ни слова, но вопреки договоренностям я часто ловила на себе его странные взгляды. Утром я старалась встать до звонка, чтобы без спешки собраться, разбудить Сильвию и не бегать по Академии сломя голову. Весь факультет вздохнул спокойно, только Хоггарт пытался задираться, но, кажется, получил в глаз от Бериана: фингал у активиста змеевой свиты переливался всеми цветами радуги, а Бериан довольно ухмылялся, хотя и прятал правую руку с ободранными костяшками.
Профессор Горрейн была несказанно рада успехам почти всего курса: замена лекций по магическим растениям на профильный предмет неплохо продвинула нас в зельеварении. Однако все хорошее имеет свойство заканчиваться: наступил тот страшный день, когда расписание снова подкорректировали – Локфест вернулась в Академию.