Меня охватило раздражение пополам со страхом, не хочу себе такой участи!
Перед одиннадцатым танцем ко мне одновременно подошли Бериан и какой-то высокопоставленный вельможа. Я едва не взвизгнула от восторга и, боюсь, отдала сокурснику слишком бурное предпочтение. Отвергнутый насупился, а я обняла Бериана за плечи и улыбнулась. Он даже вздрогнул.
– Вы очень красивая, – выдохнул он.
– Спасибо, – искренне ответила я, едва не назвав его по имени, но вспомнила, что он мне не представлялся.
Бериан успел только поклониться, прощаясь, а ко мне уже подошел распорядитель с приглашением от его величества на следующий танец. Отказать я не могла, поэтому приняла предложенную руку, и мы медленно направились к трону. У меня коленки дрожали, боялась снова наткнуться на Даррена с принцессой, уже не была уверена, что сдержусь, а фиалки не ринутся в бой.
– Рискну втереться в число ваших поклонников, леди Милн, – ухмыльнулся он, – прошу.
Я подала ему дрожащую руку, зазвучала музыка, и мы закружились в танце.
– Не удивлен, что у Эммы такая красивая внучка, – тихо сказал он.
Я вскинула голову:
– Вы знаете?! Ох, простите, ваше величество.
– Вам не за что извиняться, – ответил король, – разумеется, знаю. Да и ваш отец знает, – он скосил взгляд, и я с удивлением увидела еще одну танцующую пару – барона Милн и Эмму. Оба были недовольны; этикет и многочисленные свидетели не позволяли придушить друг друга, но очевидно, им этого сильно хотелось.
– Ужасно, – вырвалось у меня. – Они же друг друга терпеть не могут…
– Не это самое страшное, – неожиданно заметил Адриан, – боюсь, леди Милн, ваш отец получил сегодня не одно предложение о замужестве дочери. Кажется, вы с Эммой сильно перестарались в попытке проучить Даррена. Весь двор гудит и задается вопросом, кому в жены достанется самая прекрасная наяна в королевстве.