Даже я не всегда замечала его пренебрежительного отношения к Сане, ведь все старалась делить с нею пополам, а она страдала даже оттого, что я многого лишаюсь из-за нее. Глупая. Нужны мне эти кондитерские, если сестренка будет несчастной.
Из воспоминаний меня вырвала резкая остановка кареты, причем настолько резкая, что я слетела с сиденья и едва не ткнулась носом в противоположную стену. Больно приложившись коленками об пол, я ойкнула и поправила съехавшие на кончик носа очки – как же раздражал меня этот дополнительный аксессуар! Я уже сомневалась в своем решении его использовать, но, с другой стороны, оно было оправдано – очки точно отвадят желающих разглядеть черты моего лица.
Наискосок от нашей кареты я заметила другую – видимо, моя неудачно вырулила на общую дорогу, и лошади банально шарахнулись друг от друга, да так, что кареты развернуло, и чужое окно оказалось едва ли не напротив моего.
"– У вас все в порядке? – произнес приятный мужской голос, а я уставилась на своего визави. Он был молод, навряд ли старше тридцати, ярко-голубые глаза на смуглой коже смотрелись необычно, а ямочки на щеках смягчали черты лица. Его внешность вряд ли можно было назвать совершенной, но притягательной – определенно. Аккуратный, идеально выглаженный костюм довершал образ, и я невольно потянулась к складкам на своем платье, которые мужчина никак не мог видеть.
– Да, все в порядке, – вышла я из оцепенения. – Простите, похоже, это вина моего кучера.
Мужчина улыбнулся.
– Ничего страшного, вы тут точно не при чем. Торопитесь?
– Немного, – я никак не могла понять, почему он так действует на меня. Впрочем, я быстро догадалась – в отличие от остальных представителей сильной половины человечества, приходящих в наш дом, он не смотрел с вожделением, и у него не было в отношении меня никаких матримониальных планов.
– Не смею вас задерживать, попрошу кучера придержать лошадей, – снова улыбнулся мужчина, обнажив свои ямочки, а я даже пожалела, что поторопилась с изменением облика. Впрочем, о чем это я, была бы у меня внешность наяны – у мужчины загорелись бы глаза, точно так же, как у всех остальных, а в мыслях замелькали наши будущие дочери и золото, которое он мог за них получить.