Если не ошиблась, у тебя три минуты, чтобы привести в порядок свой внешний вид.
– Или что?
Он молчит, лишь бросает еще один взгляд на часы.
Да, он прав, согласно нашей сделке «или» не существует.
Подойдя к своему столу, открываю сумочку, достаю помаду и пудреницу и подкрашиваю губы. Слегка припудриваю лицо. Все возвращаю в сумочку и оборачиваюсь к своему боссу.
– Две минуты ты потратила на бестолковые действия, – взглянув на меня, выносит он приговор. – Осталась минута.
Медлю, потом достаю из сумочки тушь для ресниц, но слышу тяжелый вздох.
– Если идеи получше нет, подойди ко мне – я тебе подскажу.
Отличная иллюзия выбора, тем более когда он добавляет еще суше, чем раньше:
– Тридцать секунд, Аня.
Бросив тушь в сумочку, позволяю себе лишь секунду на то, чтобы сделать вдох. И приближаюсь.
– Это мой стол. Если ты его обойдешь, увидишь черное кресло – в нем обычно я и сижу.
Обогнув стол, останавливаюсь напротив массивного кресла. Он хочет этого? Почувствовать себя полным хозяином положения? Так незачем утруждаться, я прекрасно помню о наших ролях.
Сжав губы, я, конечно, не произношу этого. Просто смотрю на него, стараясь не выдать эмоций.
Он говорил, что у меня тридцать секунд, а сам тратит время на то, чтобы вновь меня осмотреть. Как будто теперь, когда я в шаге от него, он видит что-то другое.
– Обувь на низком ходу выбрала удачно: сегодня нам придется довольно много передвигаться. – Его взгляд поднимается выше. – Длинная юбка… Я полагал, что хотя бы в одежде у тебя со вкусом получше, хотя…
Склонив задумчиво голову, он протягивает руку и начинает собирать пальцами длинную ткань.
Прикусываю губу и молчу. Опускаю глаза. Даже вот так… на рабочем столе…
Его пальцы останавливаются возле кромки чулок, а потом неожиданно отпускают – и ткань, и меня.
– В доме не нашлось теплых колготок?
– Все сносила лютой зимой.
На его губах мелькает улыбка.
– Не вводи себя в напрасные траты. Тем более что аванс ты пока не получила.
– Ты собираешься платить мне зарплату?
– Почему нет? Ты же собираешься здесь работать.
– Да, но… – Смотрю на него в замешательстве. – Но ты ведь и так… И потом, какой из меня специалист? Это же просто смешно! Это ведь просто прикрытие! Это знаем и ты, и я, и…
Он так резко поднимается, что я замолкаю.