А еще о том, что генеральный директор бывал здесь не раз, потому что его появление никого не удивляет.
Куда больше внимания достается мне. Понимаю-понимаю, моя юбка мало вписывается в местный пейзаж. Пожалуй, свекровь была бы рада узнать, как сильно мне усложняет жизнь ее подарок.
А после этой встречи еще две – с поставщиками, с одним из партнеров. Никто не спрашивает, кто я такая, не успевает. Тимур всегда представляет сам. Если кто и пытается выразить удивление тем, что за ним тенью бродит личный помощник, быстро понимает, что смотреть лучше на генерального, а не на меня.
– У тебя много свободного времени? – голос Тимура звучит негромко, но как-то опасно, стоит кому-то слегка зазеваться.
И все, любопытство сникает, а взгляд собеседника упирается четко или в переносицу генерального, или в землю. Последнее – чаще.
Я не могу понять, какую роль исполняю здесь. Но и возможности спросить нет: встречи насыщенны, в машине же он погружается в свои мысли, видимо что-то прикидывая, делая какие-то отметки в уме.
Но я не чувствую себя неловко. Наоборот, не знаю почему, но мне начинает нравиться. Атмосфера, слаженность работы, даже запах бетона и пыли. Мощь, движение, заразительная энергетика, четкий контроль.
– Как тебе? – неожиданно спрашивает Тимур, когда мы подъезжаем к очередному объекту.
– Очень красиво, – говорю восхищенно.
В тридцати минутах от города, много зелени, коттеджный городок возле озера – а нет, там виднеется еще одно.
– Когда мы начинали строить, вместо этих озер были болота, – зачем-то поясняет Тимур, а потом кивает на группу протестующих, которую я сразу и не заметила.
Людей много, с плакатами, с агрессивными лицами, которые не становятся дружелюбней, когда мы подъезжаем.
– Не лучший выбор машины, – бросаю на Тимура встревоженный взгляд.
– Я не собираюсь прятать то, что мне нравится, и подстраиваться под чужой вкус.
А сам выходит и спокойно идет в эту толпу. Несколько охранников строительного объекта вряд ли помогут, если усилится бунт. И потом, если он знает, что это происки недоброжелателей и конкурентов, не проще ли было урегулировать этот вопрос другим способом?
Один против всех – не про нашу реальность.