На деловых встречах с партнерами, на совещаниях, на выезде на строительные объекты.
Обед в ресторане тоже входит в привычку, как и обсуждение за ним моих впечатлений за день. Сначала я пытаюсь увильнуть – что я могу сказать ему путного? Он давно в этом бизнесе, думаю, лучше меня разбирается в людях. А я не берусь судить по верхам и по первому впечатлению.
Но кажется, ему действительно интересно: он не перебивает, иногда задает уточняющие вопросы и внимательно слушает.
С каждым днем задания от Елисея Вадимовича становятся все сложнее и многогранней, но задачки любопытные.
Ночи слишком короткие, мне перестает их хватать. Бужу себя с помощью будильника на смартфоне и благодаря силе воли. А еще очень вдохновляет то, что у меня получается. Пусть и не все и не сразу. Я чувствую себя музыкантом, который долго не мог играть из-за травмы, а когда случайно увидел рояль, не выдержал и поднял запыленную крышку.
Но удовольствия нет. Только тихие всплески радости, которые перекрывают ненадолго тревогу. В воздухе будто затаилось напряженное ожидание.
Может быть, это лишь мои домыслы и накопленная усталость. А еще попытка удержать в памяти, присвоить себе как можно больше моментов, где Макс и я все еще вместе. Отчаянно давя зевки, я делаю ему завтраки и ворчу, чтобы он хоть что-то поел, прежде чем уехать на целый день.
Это наше время. Его и мое. До того, как мы переступим порог и он скроется в своем кабинете, а я засяду за своим ноутбуком.
Дни летят…
После того, что произошло в массажном кабинете, Тимур больше не переходит черту.
Разве что случайно заденет ладонью плечо, всматриваясь в графики на моем ноутбуке. Или ненароком прикоснется пальцами к моим, вручая стаканчик с утренним кофе."
"Однажды меня пронизывает осознание, что я привыкаю к нему. Я не отмалчиваюсь, когда он о чем-либо спрашивает. Не напрягаюсь, когда он ко мне приближается.