Ради отблеска удивления, которое проступает через ее синий лед, ради этих секунд, когда она видит во мне нечто большее, чем приложение к мужу. И ради тени недоумения, которая оживляет ее черты.
– Что значит «нет»?
Голос звучит сухо, как безжизненная ветка, которая висит на дереве лишь затем, чтобы кого-нибудь побольнее ударить.
– Это значит, что я не секретарша, а личный помощник и стажер главного юриста компании. И это значит, что я останусь работать.
– Если Макс об этом узнает…
– Я работаю уже неделю.
– Но почему он… – озадачивается она, а потом замечает какую-то женщину в бриллиантах и отмахивается рукой и словами: – Хорошо, я поговорю с ним."
"Она уверена, что ее мнение сыграет решающую роль в вопросе, который ее не касается. Снова спокойна, с вежливой улыбкой – еще бы, для всех мы крепкая семья, нужно поддерживать видимость.
И то, что я отхожу от нее до того, как приблизится гостья, мой маленький протест, греющий душу.
На подобных праздниках не бывает душевных тостов. И хотя столы и ломятся от еды, на самом деле мало кто ест. Общение, поддержание связей, демонстрация успеха и того, что в семье все в порядке. Я знаю, что нужно делать, и делаю – улыбаюсь, благодарю за комплименты, не раз вежливо поясняю, что у мужа бизнес, командировка. Безмерно устаю от пустоты, которая растет внутри с каждой секундой.
Хочется уйти, но рано.
Если бы Макс был со мной, мне было бы легче. Но он даже не звонит: занят, наверное, занят. И вдруг телефон оживает.
«Как вечер?»
Это не Макс.
Сообщение от Тимура.
Я могу не отвечать. Могу солгать, что мне весело. Могу написать, что рядом со мной свекор со свекровью, и тем самым дать понять, что не могу говорить.
«Ужасно скучно и тяжело. Не знаю, сколько еще здесь продержусь».
«Зачем держаться за то, что не нравится?»
Потому что так принято. Потому что должна. Потому что я никогда не делала по-другому.
Нет, конечно, я не пишу этого. Сжимаю в руках телефон, смотрю на потухший экран, который снова загорается смс:
«Тебе нравится немецкий кофе с ромом?»
«Не знаю, не пробовала».