— Потому что это не логично, — буркнул Польски, выудив из ящика толстую папку, и возможно мне бы пришлось отвечать, да Ксю проворно её перехватила:
— Она! — восторженно закивала рыжая. Открыла и принялась быстро ворочать листы, жадно глазами обшаривая каждый."
"— Ты же сказала фуфло, — хмуро уличил Саймон, следя за Ксенией.
— Так и есть, — прикусила губу от усердия Ксю, выискивая что-то. — До сих пор так думаю, но… Вот!!! — засияла и, глядя на меня, быстро продемонстрировала разворот:
— Та-дам!
Среди нечётких карандашных линий вырисовывались дерзкие орнаменты на библейские темы.
— Концепция… охренительная, — от моих слов Польски пьяно просиял. — Быстро в кабинет, — велел я командным голосом и так, чтобы ни у кого не возникло желания спорить.
— А я не ваша сотрудница, — язык немного заплетался.
— Тогда что вы тут делаете? — я ещё был мягок, но желание отшлёпать по заднице эту пьяную нелепость разгоралось всё сильнее. Знает ведь, что не права. Уверен, понимает, что влипла в подсудное дело, но, мать её, ослицу отрыгрывала!
— За своими вещами пришла! — раздумывая над каждым словом, отозвалась невнятно Кристина.
Я даже прищурился, рассматривая эту красоту неразумную.
— Вы их уже забрали, — напомнил, пристально смотря, что ещё придумает девчонка.
— Вспомнила, что кое-что оставила, — развела руками.
— Совесть? — подсказал услужливо.
— Пф… — закатила глаза, явно не находя других оправданий.
— Вот именно! — заключил я. — А у меня два варианта развития событий. Первый. Я звоню в полицию и вы им объясняете, что делали у меня в офисе в это время и будучи уволенной.
— Я поняла, а второй? — присмирела нелепая девчонка. И теперь уже я смаковал радость. Да подло вот так получить прощение, но почему бы и нет? В конце концов, с чем чёрт не шутит?! Может, получится… мне её вернуть. Ей как следует оправдаться.