И даже не видя её, её полные алые губы всё одно стояли перед глазами.
Так что нет! Кристины быть в помощниках у меня не должно! Я не смешиваю работу и личное! А на личное рано или поздно перейду, если она будет маячить передо мной…
Кристина
Когда заветного звонка на следующий день не поступило, я поняла: работа в фирме Кирсанова мне не светит. Я бы могла отмахнуться, мол, не хотела, не волновалась… Враньё, я спать не могла, особенно после игры с Максом-боссом. Мне квартира пустой и холодной казалась. Постель невыразимо огромной и вообще одиночество как никогда угнетало.
Я снова была одна. Позвонить снова Максу?
Нет, это было бы подло и некрасиво с моей стороны, особенно если учесть пережитое в ванне. Максим так старался, а я… Вот знала, что дело во мне, а не в нём! Он вон какой шажище сделал, а я всё испортила… Своими фантазиями — эх, голова больная!
Так и крутилась всю ночь. Губы кусала, тяжко вздыхала, а утром вскочила ни свет ни заря. Долго стояла под горячим душем и гипнотизировала телефон, предусмотрительно оставленный на стиральной машинке.
Но он молчал.
Потому призадумалась, не ошиблась ли, когда оставляла номер, но нет… Исключено.
Просто не судьба!
Попытка заняться домашними делами под музыку, оказалась совершенно провальной. Через каждые пять минут я всё равно падала на диван и проверяла почту и соцсети.
Когда в очередной раз разблокировала несчастный телефон, повисла тишина. Одно мгновение. Так бывает перед тем, как раздастся звонок. И за этот миг сердце обычно успевает дойти до предынфарктного состояния.
И звонок раздался.
Только звонил Макс. Снова!
— Перезвонили? — поинтересовался сходу.
— Нет, — настроение упало окончательно.
— Ммм… Почему? — задумчиво мычал в трубку жених.
Как будто я знаю ответ!
— Я не знаю, в голову монстру не залезу!
Монстром его назвала не просто так. Это любимый эпитет Макса в отношении Романа Игоревича.
— Монстру? — вторит задумчиво Кравцов. — Кирсанову?
— А кому ещё? Помнится только об этом монстре мы с тобой говорим с утра и до вечера вот уже несколько месяцев, — бурчу, не скрывая раздражения.
— Пф… так не он тебя принимать-то будет. Такая важная шишка… За него явно решает какая-нибудь сошка! Зам… наверное. Ты его видела в первый день, — ни на минуту не сомневался, ведь о фирме Кирсанова и правилах знал куда лучше моего.
— Вадим Игоревич? — пробубнила я, понимая, что так и не призналась жениху, что в первый день слажала. Если он, то мои дела ещё хуже.