Он повел ее по стертым каменным ступеням, и Лара старательно прятала волнение и нервное ожидание под маской веселой беззаботности. Можно подумать, что она так поступает каждый день.
Он нагнулся и вставил ключ в замок тяжелой, обитой металлом и почерневшей от времени двери. Фасад дома был старый, даже древний, но то, что она увидела внутри, заставило ее ахнуть.
Перед ней открылось одно огромное пространство — вероятно, стены были снесены — с лестницей посередине, которая как бы плыла по воздуху. Задняя стена из стекла, боковые — кирпичные и частично побелены.
Они вошли на кухню. Господи! Сколько же здесь современной кухонной техники и столов с каменными столешницами!
— Ничего себе, — вырвалось у Лары.
Рауль равнодушно оглядел кухню. Интерьер его мало волновал. Он дал возможность архитектору поступать по-своему, но свободные пространства он любил.
— Этот дом — сплошная труха, изъеден жучком. Урок, чтобы не покупать без строительного заключения.
— Но выглядит эффектно. — Лара не стала дальше показывать свое восхищение.
Он приблизился к ней, и стены будто сомкнулись, дышать сделалось трудно, ноги подкашиваются.
— Я всегда начинаю болтать, когда волнуюсь. — Сказать ему, прежде чем?.
О да, в последний раз это ей здорово помогло.
— Вы нервничаете?
— Ну, вас это может удивить, — сказала она, делано рассмеявшись, — но я каждый день так себя не веду.
Он поднял брови:
— Нет, меня это не удивляет. С какой стати?
— Просто…
— Вам не нужно ничего объяснять.
Лару бросило в жар, краска стыда залила щеки.
«Мужчине ни к чему знать историю твоей жизни, Лара. Ему нужен секс».
Рауль заметил то, как она покраснела, и понял, что она не уверена в себе. Он сжал зубы.
А куда подевалась эта женщина сейчас?
Он тяжело вздохнул и подавил растущее раздражение. Ночь под холодным душем ему не улыбалась.
— Хотите кофе?
Лара сглотнула слюну, но глаз не отвела. Наверное, надо сказать что-нибудь игривое, но в горле так сильно пересохло, что язык прилип к небу.