Она даже обняла его крестного!
А после того, как Лара незаметно ушла, пожилой греческий судостроительный магнат отозвал Рауля в сторону, схватил его за руку и, посмеиваясь, заявил, что тому очень повезло с женой: «Будь я на тридцать лет моложе, мой мальчик, тебе пришлось бы смотреть в оба!»
Для человека, который предпочел бы броситься под автобус, чем опять жениться, договор с Ларой его вполне устраивал. Ну и немыслимый секс в придачу.
Он хотел бы продлить эту сделку, но он успел узнать подлинную Лару и понять, что она заслуживает большего.
Лара заслужила кого-то, кто лучше, чем он.
Рауль закрывал окна, от которых тянуло холодом, и не обратил внимания на то, что Лара поморщилась от упоминания Нейоми.
— Она уехала?
— Кто?
— Нейоми.
Он кивнул и мысленно сделал заметку тактично намекнуть Нейоми сократить свои визиты.
— Ты бы еще полежала.
— Ты был счастлив? — Лара сжимала и разжимала тонкие пальцы, голос прозвучал глухо.
Что-то происходит в этой красивой головке, но в чем дело, Рауль не понимал.
— Ты про что?
— Говорят, что у тебя был идеальный брак?
— Да?
— Ты ее любил… свою жену? Ты был счастлив с ней?
С металлом в голосе он произнес:
— Ты — моя жена.
Лара понимала, что зашла слишком далеко, но она должна знать.
— Ты ведь понимаешь, о чем я спросила.
Он повернул голову и посмотрел прямо ей в глаза:
— Нет.
— Я спросила…
— Я знаю, о чем ты спросила.
— Если ты был несчастлив, то почему не развелся? — «И не женился на женщине, которую ты, очевидно, сильно любишь, но не можешь с ней соединиться».
Губы у него скривились в подобие улыбки. Он стянул с шеи галстук.
— Будь мир идеален, я так и сделал бы, но мир… — галстук упал на пол, — да и жизнь, — хрипло произнес он, — не идеальны.
— Я не понимаю.
— Конечно, не понимаешь.
Как она может понять? В Ларе не сокрыто черных тайн.
— Тогда объясни.
Он точно не сделал выводов после Люси. В случае с Ларой он увидел то, что было на поверхности, и не обращал внимания на нежное, ранимое существо под красивой, но твердой оболочкой.