Потом приходила женщина маг, досмотрела меня в магическом и физическом плане. Самое плохое для меня — забрали сумку с рунами. Прямо при мне раскрыли мешочек и высыпали их на стол, каждую ощупывали, проверяли магией. Руны — это очень личное. После такого с ними обращения… скорее всего мне придется с ними попрощаться. Эти руны были со мной с детства, делала их вместе с родителями.
Настроение, и без того не самое отличное, упало еще больше.
— Нерри Одал проверена, наше ведомство дает допуск на разговор с императорской семьей, но рекомендует для безопасности семьи, перед этим надеть ей антимагические оковы, — отчиталась та самая женщина-маг, что меня проверяла.
И вот, Каллен вновь ведет меня по коридорам дворца.
— О чем мне говорить с вашими родителями? — спрашиваю отстраненно. Эмоционально устала, перегорела. Проверка была очень долгой. За окнами уже вечер.
— Говорить в основном буду я. О продолжении твоего участия в отборе. Они будут настаивать на отказе.
Принц заводит меня в гостиную. Здесь все оформлено дорого, несколько таинственно, в бордово-золотых тонах.
Император с женой уже ожидают. Оба сидят в креслах. Неловко исполняю реверанс — ноги подкашиваются. Принц внешне очень похож на император, только глава семьи выглядит куда более сурово. На висках блестит седина. Взгляд такой, что кажется душу способен вынуть. Возможно со временем Каллен станет еще больше станет похож на отца, но, надеюсь, еще очень нескоро. Императрица… прекрасна. Идеальная внешность, иссиня-черные волосы тщательно уложены в элегантную прическу, лицо кажется безмятежным, но взгляд на меня недовольный, колючий.
Принц представляет меня своим родителям, сажает на небольшой диван и сам садится рядом.
— Отец, чтобы не затягивать этот вопрос. Нерри Одал остается в моем отборе, — сразу твердо произносит Каллен. — Служба безопасности ее полностью проверила, она не опасна, ничего плохого не замышляет и не знает. Да тебе, скорее всего все уже доложили.
— Это, конечно, твой отбор, сын, но участие в нем могут принимать только девушки, достойные в будущем назваться членом императорской семьи.
— Нет, не понимаю. Чем именно белые крылья хуже, чем остальные? Терин, раскрой крылья.
Неуверенно посмотрев на принца, все-таки сделала, как он велит. Взгляды членов императорской семьи приковались к крыльям. Выражение лица императора стало каменным. Они смотрят и, кажется, будто не в силах отвести глаз.