Бальное платье получилось даже лучше, чем она предполагала. Голубой атлас выигрышно оттенял голубизну ее глаз. Волосы, перехваченные сзади, каскадом мелких колечек спадали на спину. Поверх юбки была наложена серебристая сетка. Эта кудесница Софи нашла где-то тонкую серебристую тесьму и оторочила ею вырез платья и маленькие буфы. Платье было пошито элегантно и со вкусом и полностью удовлетворяло Эмму. Такого красивого платья ей не приходилось надевать уже много лет.
В полуоткрытую дверь заглянула леди Арабелла.
— Приехал! — выдохнула она.
"Тетушка была в таком волнении, точно это ей, а не Эмме предстояло быть представленной семейству Уэрхемов и высшему обществу. Она заражала Эмму своей нервозностью.
— Восторг, а не платье! Я же тебе говорила, что Софи — гениальная портниха.
— Совершенно верно, — подтвердила Эмма.
Она взяла со стула серебристую газовую накидку, набросила на плечи и еще раз глянула в зеркало. Нет уж, к ее туалету родные Колина не смогут придраться. Конечно, они найдут к чему придраться, но, по крайней мере, на этот счет она может быть спокойна.
— Сент-Моур красив как бог, — щебетала тетушка, семеня за Эммой по коридору. — Тебе все будут завидовать, дорогая. Как бы мне хотелось увидеть все это своими глазами!
Эмма молча спускалась по лестнице. Арабелла уже не в первый раз напрашивалась на приглашение. Но хотя Эмме и было перед ней немного совестно, леди Арабелле Таррант — не место на балу. Родственница Эдварда там совершенно ни к чему.
Эмма вошла в гостиную. Колин стоял у окна спиной к ней.
— Я готова, — сказала она, наконец. Колин повернулся. В его лице не было и намека на грусть — он улыбался.
Уэрхем не сомневался, что Эмма будет элегантна, но не ожидал, что она будет настолько эффектна! Вся комната, казалось, сияла отраженным от нее светом.
Эмма, наслаждаясь произведенным впечатлением, улыбнулась:
— Агнец готов к закланию, милорд.
— Чепуха! — рассмеялся Колин. — Все будут сражены. — Он подал ей руку. — Если только мы не опоздаем. За это тетя Силия спуску не дает.