К большинству из тех, кто приезжает в Мекнес, он относится с презрением, а коварство и вероломность – главные его черты. Всякий, кто отказывается ему уступать, рискует потерять голову.
– В таком случае нам следует вести себя очень осторожно. Смотрите, уже взошла луна. Должно быть, вы сильно проголодались. Я спущусь вниз и приготовлю вам поесть.
Ровена скользнула мимо него, а Тобиас замер, вглядываясь в тонкую цепочку огоньков, отмечавших побережье. Случайно его взгляд упал на темный силуэт корабля, стоявшего на достаточно большом расстоянии от «Цимбелина».
Тобиаса разбудил крик. Первая же его мысль была о Ровене. Он вошел к ней в каюту, освещаемую тонким серебряным лунным лучом, пробивающимся сквозь маленькое оконце, и увидел, что она лежит на койке и часто дышит, а ее перекрещенные руки закрывают лицо, словно она пытается отгородиться от какого-то невыносимого, страшного зрелища. Он осторожно опустил ее руки.
Ровена распахнула глаза.
– Тобиас!
– Я не хотел вас будить, но услышал, что вы кричите.
– Я кричала? О, со мной все хорошо.
– Если вы в этом уверены…
– Да-да, уверена. Спасибо, Тобиас.
Он удалился, но Ровена, боясь провалиться в очередной кошмар, очень скоро встала с постели. Ей нужно было, чтобы кто-то успокоил ее. Она осторожно постучала в дверь каюты Тобиаса и приоткрыла ее. Ровена выглядела настолько слабой и беззащитной, что он будто увидел ее в первый раз.
– Я… я надеюсь, что вы не возражаете… – прошептала она, – но я просто не могу быть одна.
Она хотела лишь недолго побыть с ним рядом, чтобы его непоколебимая уверенность оградила ее от кошмаров; не вполне себя контролируя, она двинулась к нему навстречу. Его твердые пальцы обхватили ее запястья, он привлек ее к себе, и неожиданно она оказалась в надежном кольце его рук. Жуть и тьма, обступившие ее со всех сторон, медленно, будто неохотно сдались, исчезли. В объятиях Тобиаса Ровена вдруг ослабела и приникла к нему, как дитя.
– Что такое? Чем вы встревожены?
– Я боюсь, что произойдет нечто… нечто ужасное. Это отвратительное, мерзкое место, Тобиас. Я ненавижу его.
– Я знаю.
– Сегодня, когда мы смотрели на тех пленников, которых только что доставили в Сале, мне показалось, что я видела Джека Мейсона. Хотя он был одет как все в этом городе и его лицо было прикрыто, да, я уверена, я заметила искру узнавания в его глазах.