– Все так плохо? – перевожу взгляд с жениха на подругу, но те только переглядываются и пожимают плечами.
– Не хуже, чем обычно, – говорит в итоге Слава.
– М-м-мда. Ну ладно, давайте за стол. Сейчас начнется представление с конкурсами для малышни.
Сказано – сделано. Детей рассаживают полукругом у импровизированной сцены, а мы – родители – садимся за стол, в пол-оборота поглядывая на своих чад. Мужчины разливают женщинам вино, сами предпочитая сок или воду. Почти все “отцы” ребятни за рулем, тогда как “мамы” могут расслабиться.
Когда начинается детское представление, все буквально замирают, и наступает почти часовая череда конкурсов, сценок, танцев и прочих прелестей.
Я краем глаза поглядываю за дочуркой, и она просто сияет в центре внимания, определенно ловя от этого кайф.
После приходит время ужина, и детки послушно рассаживаются за столом, а мы с родителями пускаемся в простые светские беседы то о погоде, то о бытовых вопросах."
"Я попиваю белое вино и поглядываю на мобильный, что лежит рядом на столе.
– Лан, – выводит из раздумий голос Славы.
Мужчина укладывает руку на спинку моего стула и подается вперед.
– Что такое?
– Только не ругайся, ладно? – бровки домиком, и пока еще жених замирает. – Я, правда, от чистого сердца, – прикладывает руку к груди, словно в подтверждение своих слов.
– На что я должна ругаться? – напрягаюсь, с трудом сглатывая и отставляя бокал. – О чем ты, Слав?
– Я знаю, как ты к нему относишься и поэтому не стал сразу предупреждать. Боялся, что ты будешь против и разозлишься. Хотя мне даже показалось, что вы неплохо тогда поладили, – продолжает говорить загадками и извиняющимся тоном мужчина. А у меня пульс учащается в ожидании какой-то колоссальной подставы.
– Слава, я не понимаю, о чем ты хочешь мне сказать… – говорю осторожно, выпрямляясь на стуле и заглядывая прямо в его безоблачно голубые глаза.
– Дело в том, что он позвонил пару дней назад и спросил, когда у Ляси день варения. И я сказал. И так полагаю, что сейчас…
– Слава, кто он?! – перебиваю, спрашиваю прямо в лоб, уже и так догадываясь, чье имя сейчас услышу. И от волнения вспотевшие ладони уже сжимаются в кулаки, а кровь пульсирует в висках.